?

Log in

No account? Create an account
Военная теория - Григорий "Это ж Гест"(с) [entries|archive|friends|userinfo]
Григорий

[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Военная теория [Apr. 24th, 2016|11:33 pm]
Григорий
[Tags|]

А вообще... военная теория. Вот что я люблю.

Ричард Симпкин, в своей книге с непереводимым названием "Race to the Swift" (помимо прочего, тут автор спорит с Экклезиастом), писал о военной теории:

"Роль [военного] теоретика не в том, чтобы предлагать готовые решения, а в том, чтобы создавать понятный аппарат для дискуссий о войне и обеспечивать материалы для тренировки умов, чтобы научить людей воевать более искусно - или же вовсе избежать войны".


Теоретик обеспечивает понятийный аппарат, и теоретик должен помочь людям выработать правильное, стратегическое мышление.

Как писал Фуллер в 1932 году:

"Если нам придётся в течение ближайших 25 лет снова принять участие в европейской войне, то именно люди этого подрастающего поколения будут руководить боями, и независимо от того, каким, родом войск они будут командовать и каким оружием их солдаты обучены владеть, они провалятся так же наверняка, как провалились генералы 1914 г. в первые же дни войны, если их умы не будут столь же гибкими, как высшего качества сталь и столь же мягкими для принятия новых идей, как воск.

Такая пластичность ума недостижима во время войны; иметь ее может только случайный гений.

Главная же масса солдат не в состоянии изменить свое мышление, если оно набито догмами. Единственным путем для избежания окаменелости мышления является отказ от признания неизменности догм, учет того, что условия войны постоянно меняются и в связи с этим должны меняться организация, администрация, стратегия и тактика. Если в мирное время мы не можем менять их на практике, то по крайней мере сможем сделать это в теории, чтобы таким образом быть готовыми к изменениям, когда условия обстановки этого потребуют.

Слепое следование догмам уничтожило больше армий, проиграло больше сражений и понесло больше потерь, чем какие-либо другие причины. Человек с окаменелым мышлением никогда не будет хорошим полководцем, следовательно, если настоящие лекции - как бы гипотетично ни было на первый взгляд их содержание - помогут раскрепостить умы от догм, то они написаны не впустую". ("Операции механизированных сил. Лекции по 3-й части Полевого устава".)


Мы не можем предсказать будущее, но мы можем научить людей думать - в том числе, на примерах гипотетического, странного, несбыточного будущего.

Очень быстро, очень примитивно, очень пунктиром, как я это вижу.

Классическая европейская военная теория вырастала из классической европейской военной истории. Тут нет ничего удивительного, анекдоты из жизни царей и полководцев издревле служили источником "стратагем" как на Западе, так и на Востоке.

Идею такого исторического подхода можно сформулировать примерно так. Война - это особый вид человеческой деятельности, отличный от любых других. Люди, ведущие войну, вынуждены решать сложнейшие задачи, но при этом сами эти задачи остаются неизменными. Меняются имена участников и состав сторон, цвета флагов и военной формы, но война остаётся войной, а география заставляет историю повторятся снова и снова. Изучая историю великих полководцев прошлого и знакомясь с тем, как они, за счёт природного гения, одерживали свои победы, офицер учится искусству войны и получает ключ к решению собственных задач. Хороший офицер - начитанный офицер. Как говорил Суворов, "храни в памяти имена великих людей и в своих походах и действиях с благоразумием следуй их примеру", "непрестанная наука из чтениев!" - сам Суворов, как пишут его биографы, старательно изучал историю походов Александра Македонского, Цезаря, Ганнибала, Густава II Адольфа, Тюренна, Евгения Савойского.

Таким образом, первоначальная задача военного теоретика - это собрать стратегический канон (условно: Александр Македонский, Цезарь, Наполеон), преобразовать его в сжатую и доступную форму, позже - вывести на основании этого канона некие общие и неизменные законы, свойственные войне, как явлению, то есть сформулировать теорию войны.

Этому мне хочется противопоставить условно восточный подход; скажем так, восточный подход через призму западного восприятия.

Как говорил Сунь-Цзы, "управлять массами все равно, что управлять немногими: дело в частях и в числе. Вести в бой массы все равно, что вести в бой немногих: дело в форме и названии". Да, там скорее имелось в виду, что большим войском управлять не сложнее, чем небольшим отрядом, при наличии правильной организации. Но из этого неизбежно рождается понимание, что бой малых отрядов и бой больших армий подчиняется одним законам, эти-то принципы Сунь-Цзы и формулирует.

От этого уже можно перебросить мостик к "Книге пяти колец" Миамото Мусаси: "Если вы овладели техникой фехтования и одолели хотя бы одного человека, вы одолеете кого угодно в мире. Дух победы один и тот же в десяти миллионах поединков... Дух битвы один и тот же, когда воины сражаются один на один и когда встречаются десятитысячные армии".

(Именно поэтому я написал, что Джон Бойд, в чём-то, был восточным персонажем: Бойд был классическим учителем фехтования, в духе японских фильмов о периоде сегуната, когда учитель фехтования - это ещё и учитель стратегии, потому что схватка двух людей подобна противостоянию двух армий, а само искусство едино и неразделимо. Понимание стратегии у Бойда выросло из анализа гипотетического воздушного боя между реактивными истребителями.)

Ещё Миамото Мусаси писал, что воину стоит поучиться мастерству у представителей других путей - у крестьян, которые выбирают время для посадки и убора урожая в соответствии с природными циклами; у ремесленников, которые разрабатывают обший план работ и выполняют его, каждый на своём участке и своим инструментом; у торговцев, которые покупают и продают, подсчитывают убытки и прибыли. Суть мастерства одна и та же, и на любом пути можно найти то, что стоит изучить и постичь.

Например, попытка сформулировать принципы стратегии на основе игры в го и примерить их к войне и к бизнесу (1, 2, 3) - это восточный подход.

Итак, один подход к военной теории состоит в том, что есть мир и есть война. Война уникальна, но неизменна в своей уникальности. На войне всё зависит от действий полководца. Гениальные полководцы, действовавшие по наитию, оставили нам описания своих побед, которые мы должны изучить и понять, чтобы при необходимости компенсировать нехватку гения готовыми знаниями ("кейсами").

Второй подход говорит, что природа конфликта едина на всех уровнях противостояния и во всех сферах, где людям приходится принимать непростые решения в условиях неполной информации, не только на войне. Природа мастерства и природа стратегии неизменна, идёт ли речь о схватке двух человек или двух государств, говорим ли мы о битве или о заключении сделки. Поэтому воин может учиться у торговца и торговец может учиться у воина. Именно поэтому "Искусство войны" Сунь-цзы и "Книга пяти колец" Миамото Мусаси до сих могут использоваться и используются как учебники на все случаи жизни. Как и в первом случае, тут подразумевается, что принципы конфликта сохраняются во все эпохи, начиная с глубокой древности, но в данном случае, этот вывод тривиален.

Наконец, третий подход стал следствием научно-технической революции; он появился, когда люди начали в полной мере осознавать то влияние, который техническое и социальное развитие человечества оказывает на методы ведения войны. Первая мировая война разрушила стройный храм европейской военной науки 19 века, а Вторая мировая война прокатилась по его руинам стальным катком блицкрига. Выше я цитировал Фуллера: "Условия войны постоянно меняются и в связи с этим должны меняться организация, администрация, стратегия и тактика". В более радикальной форме: "Принципы военного искусства носят исторический характер. Они не вечны прежде всего потому, что не вечна и сама война" (В. Е. Савкин, "Основные принципы оперативного искусства и тактики" - у меня нет этой книги, но на неё ссылался сам Джон Бойд, значит, и мне не стыдно).

Тот же Фуллер писал в 1919 году:

"На войне, особенно, если мы говорим о современной войне, где оружие сторон постоянно меняется и совершенствуется, одно известно точно - ни одна армия из существовавших за 50 лет до обозначенной даты не имела бы ни малейшего шанса против армии, современной для указанного года... Рассмотрим следующие примеры:

1) Наполеон был несоизмеримо более великим полководцем, чем лорд Реглан; и всё же, в 1855 году лорд Реглан бы разбил любую армию, которую смог бы выставить против него Наполеон, потому что солдаты лорда Реглана были вооружены ружьями Минье

2) Спустя 11 лет после Инкерманского сражения Мольтке разгромил бы армию лорда Реглана в пух и прах, не потому что он был лучшим воином, а потому что его солдаты были бы вооружены игольчатыми винтовками Дрейзе". (Цитирую по книге Фуллера "Armament & History".)


[Да, Фуллер там немного перемудрил с примерами, и Гугля у него под рукой не было, но на общий тезис это не влияет. Французская армия наполеоновской эры < английская армия Крымской войны < японская армия Русско-японской войны.]

Если мы посмотрим в прошлое, мы увидим, что война менялась вместе со всей человеческой цивилизацией. Это позволяет сделать вывод, что война будет меняться и в будущем, что это и есть тот самый вечный и неизменный принцип войны. А отсюда следует, что война меняется прямо сейчас, в настоящем. Это стало основой третьего подхода.

----------------------------

Меня же радует сам процесс изучения ходов, которые делали игроки в эту странную игру - теорию войны. Между прочим, и я вложил сюда свою малую лепту - мой пост про 13 божков задавал понятийный аппарат для возможных дискуссий, а пост про Всадников включал в себя ответ на самый первый вопрос о войне - "почему?": Красный всадник [обозначает] необратимость и линейность времени. В каждый момент мы делаем выбор, этот выбор нельзя изменить. Каждый реализовавшийся вариант убивает все нереализовавшиеся, вместе со всеми их несбывшимся будущими. То, что однажды было "может быть", становится вечным "не было и не будет". Это и порождает все войны, конфликты и личные трагедии. Если бы можно было сказать - в этом мире Европа принадлежит Германии, в этом мире мы все строим социализм, а в этом - демократию, если бы все будущие существовали одновременно, кто бы с кем воевал, ради чего? В любой момент можно было бы сделать шаг в сторону.
linkReply

Comments:
[User Picture]From: nik_pog
2016-04-25 03:50 pm (UTC)
Мне кажется, или прививка от окаменелости мышления - хороший аргумент в пользу стратегических компьютерных игр с низким уровнем абстракции?
(Reply) (Thread)