Григорий (gest) wrote,
Григорий
gest

Category:

Русское фэнтези и универсальный анализатор

Вспомнили, о чём речь?

Я хотел использовать универсальный анализатор фэнтези-сюжетов для разбора старого текста Крылова "Рассуждение о русской фэнтези", где он говорит о западном фэнтези, азиатском фэнтези и гипотетическом русском фэнтези.

Нет, как обычно, сначала взгляд наталкивается на "фейспалмовые" моменты - про "позднее средневековье" артурианского мифа", про Толкиена, как сторонника Прогресса, про Нуменор, как Англию. Но я об этом всё равно уже говорил: надо учитывать тот факт, что текст писался в дремучие времена, когда... потенциальный читатель Крылова жил в лесу и молился колесу.

Рассмотрим другие ключевые моменты, те, с которыми я соглашусь:

"Единственное, что хоть как-то объединяет этот мир — это сложившийся за  века усобиц «рыцарский кодекс», то есть определенные понятия о чести и  достоинстве. Разумеется, эта не слишком-то высокая этика сплошь и рядом  нарушается, но это всё же лучше, чем ничего.

Теперь о действующих лицах. Прежде всего, сам король Артур, волею Божией (явленной весомо, грубо и зримо — то есть чудесами) и велением Судьбы (в лице колдуна Мерлина) правитель Англии. Он олицетворяет собой Порядок, Меру и Строй, которые он должен дать разобщенному миру. Не будучи ни самым сильным, ни самым храбрым, ни самым проницательным из населяющих этот мир «людей длинной воли» (с) Лев Гумилёв), он олицетворяет собой нечто более важное, чем сила, смелость и практическая сметка. Он олицетворяет собой Идею. Идею Всеобщего Закона, перед которым все равны, и Высокой Цивилизации, вкусить благ которой достойны наилучшие. Цель его правления — не удержание власти ради власти, а нечто большее: просвещение мира, распространение законов рыцарства на всю Англию, а то и на весь обитаемый мир. Образец и одновременно инструмент утверждения этого Brave New World’а — это воинская дружина, известная как Братство Рыцарей Круглого Стола. Круглый Стол — это не столько деталь интерьера, сколько символ нового общества, общества Сильных и Равных, общества Автономных Индивидуальностей, подчиненных Закону и Порядку, чьи претензии на превосходство и власть ограничиваются только Правилами Чести. Сияющим символом этого нового мира является Святой Грааль — магическая чаша с кровью Спасителя, овладение которой означает окончательное утверждение Царствия Божьего на Земле...

Таким образом... это Европейский Миф, который еще можно назвать Мифом о Прогрессе".

Нужно ли подчёркивать ключевые слова? Очевидным образом, перед нами сюжет, связанный с обществом второго типа. Персонажи принадлежат к элите, рыцарству. Все они сидят за Круглым Столом и договариваются между собой. Первым среди равных становится отнюдь не самый сильный или храбрый, хотя и самый достойный. Рыцари - это суггесторы, уязвимые друг для друга, а потому нуждающиеся в выработке особого кодекса поведения. Хотя бы на уровне "братва, не стреляйте друг в друга" - помните, чем у Артура всё кончилось?

Соответственно, врагами этого общества являются суперанималы.

"Противники тоже известны. Это Зло, отождествляемое с Дикостью, Коварством и Беззаконием, мир древнего нечистого колдовства и черной магии, мир чернокнижницы Морганы ла Фей и предателя Мордеда".

Древнее колдовство и дикость - это царство пирамиды, общества первого типа. Когда-то миром правили людоеды, людоеды могут вернуться, всё такое. Я бы даже сказал, что победа над людоедами - это одна из составляющих мифа о Прогрессе.

Если придерживаться этой трактовки, то суть западного фэнтези Крылов ухватил. Но при этом, артурианский миф совпадает с этим сюжетом лишь частично, а мир Толкиена - только в "негативной" части, то есть той, где речь идёт о сюжетных антагонистах. Вот Саурон - это действительно суперанимал, который пытается вернуться.

Восстановим лакуны. Классическому артурианскому мифу не хватает идеи прогресса, не хватает темы союза с умниками, которые этот прогресс обеспечивают, не хватает темы социальной мобильности (мальчик должен иметь возможность пробиться в умники, даже если он родился в глухой деревне, девочка, обладающая задатками рыцаря, должна иметь возможность стать рыцарем, и т.д.). При этом, все эти темы так или иначе раскрываются в современных трактовках  и пересказах - хотя этому стоило бы посвятить отдельный пост. 

Теперь, Толкиен. В "позитивном" плане Толкиен писал совсем о другом. Я упоминал, что реальность "героического мифа" не соприкасается с реальностью суггесторов, неоантропов и суперанималов. Иначе, как метко заметила h_factor, "Арагорн - тоже суперанимал". Нет, у Толкиена есть Творец, есть светлые духи, исполняющие волю Творца, есть отмеченные судьбой герои и короли, в жилах которых течёт священная кровь.

Но если пойти от противного, можно представить, как выглядел бы сюжет "Властелина колец", если он соответствовал типичной западной схеме - схеме общества суггесторов. Впрочем, Толкиен и сам об этом упоминал: "В реальной (внешней) жизни люди принадлежат к обоим лагерям: что означает разношерстные союзы орков, зверей, демонов, простых, от природы честных людей и ангелов", и я позволил себе истолковать это следующим образом: если бы он писал фэнтези про мир, подобный тому, в котором он жил... он бы изобразил схватку двух "разношерстных союзов орков, зверей, демонов, людей и ангелов".

Итак, суперанимал-Саурон вернулся, и хочет снова возродить свою Империю. Свободные народы Средиземья собирают свои силы - все народы, включая орков. Вообразите себе картину: расширенное заседание Белого Совета, вперёд выскакивает один из вождей орков, и, стуча шипастой дубиной по столу, кричит: "Если Саурон закрышует, свободе не быть свободной!" (Это бессмертная цитата из русского дубляжа фильма "xXx-2", которую я с тех пор использую по поводу и без повода.) А всё потому, что орочьи суггесторы и сами могут управлять своим населением, без Саурона. Саурон не нужен. Более того, кое-то из назгулов тоже может перейти на сторону противников своего бывшего Повелителя, по тем же самым мотивам. (Мне тут вспоминается "Тёмный отряд" Глена Кука.) Короче, прогрессивные суггесторы - будь то эльфы, маги, орки или назгулы - собираются в одну команду. Гномов, как существ, близких к неоантропам, запрягают изобретать новое крутое оружие. Из хоббитов организуют неоантропский спецназ.

Ладно, я увлёкся. Рассмотрим вторую из упомянутых Крыловым традиций:

"Попыток создать нечто подобное было немало, но особенно преуспели в этом японцы и китайцы, уже давно освоившие искусство продажи восточной экзотики в западной упаковке. Для этого, однако, им пришлось решить довольно сложную задачу: а именно, разработать и внедрить в массовое сознание свой собственный, «восточный» миф, на основе которого и можно ткать паутину легендаристики.

Итак, «героический Восток» представляет свои истории. Разумеется, и в этом случае речь идет о сообществах героев и совершаемых ими подвигах. Как правило, это разного рода «школы боевых искусств» — начиная от японских ниндзя и кончая китайским Шаолинем. Как и в случае двора короля Артура, они олицетворяют собой Законность, Справедливость и Порядок. Однако тут-то и начинаются различия. В отличие от славного двора короля Артура, они никогда не связаны с «правящим прогрессистским режимом»: напротив, это хранители Древнего Знания, как правило, оппозиционно настроенные и позволяющие себе той или иной степени фронду. Центральная власть — как правило, циничная, аморальная, жестокая, продажная (и, не в последнюю очередь, прозападная или хотя бы вестернизированная) — чинит героям всяческие неприятности и в конце концов уничтожает эти оазисы Чести, Доблести и Справедливости. Кульминационным моментом «шаолиньской легенды» является разрушение правительственными войсками знаменитого монастыря, чьи защитники полегли, истребив, конечно, немерянное количество врагов, которые победили их исключительно числом, да еще европейскими пушками.

Следует сказать честно: «восточный миф», как он есть сейчас, имеет вполне ощутимую антизападную направленность. Если для рыцарей артурова двора главный враг — это зло, однозначно отождествляемое с дикостью и варварством, то для монахов Шаолиня — это еще и чужая цивилизация, в данном случае западная, с её разлагающим влиянием. Однако, то, что они отстаивают, — это тоже цивилизация, причем более древняя и более правильная, чем агрессивный и хищный Запад со своими деньгами и пушками. Это не та ситуация, когда Порядок борется с Хаосом, а ситуация, когда один Порядок пытается сохраниться перед лицом другого Порядка, на первый взгляд — более прогрессивного, а на самом деле — всего лишь более сильного".

Надо сразу заявить следующие пункты. Это китайский сюжет, но это не японский сюжет. У японцев всё иначе и сложнее.

"Легенда Шаолиня" - с таким же успехом её можно назвать "легендой Уданшань" или "легендой горы Куньлунь" - описывает общество, состоящее из неоантропов, общество третьего типа. Монахи и мастера боевых искусств уничтожают демонов и приравненных к ним злодеев, но гибнут в боях с обычными людьми, вооружёнными обычным оружием.

То есть, базовый китайский сюжет выглядит так. Существует закрытая община или подпольная сеть особых, просветлённых людей. Параллельно с ними существует мир обычных людей, которых контролирует "циничная, аморальная, жестокая" правящая элита во главе с верховным правителем-людоедом. Правитель в какой-то момент начинает боятся особых людей - в конечном счёте, они единственные, кто может угрожать его власти - и посылает своих подневольных солдат с ними разобраться. Что солдатам в итоге и удаётся. Особые люди гибнут, но не все - и надо понимать, что выжившим, в конечном счёте, удаётся заново восстановить сеть. За ними - будущее, и рано или поздно, пусть не скоро, их идеалы добра, света и справедливости восторжествуют.

Понятно, что этот сюжет можно раскрывать по-разному. Например, в фильме "Герой" два неоантропа, Сломанный Меч и Безымянный, по очереди добираются до императора-суперанимала - и оба решают его пощадить, из соображений высшего порядка. В конце Безымянный умирает, убитый рядовыми лучниками.

Конечно жаль, что я так и не написал о китайском фильме "Битва умов" с Энди Лау, снятом по японскому комиксу "Атака моиста", я ведь когда-то хотел сравнить две эти вещи. Очень коротко - китайцы превратили японский сюжет в историю о коммунаре, воспитанном в тайном Ордене. Коммунар пытается помочь людям, а те при первой возможности его предают. Лучшие гибнут, ростки будущего вытаптываются. В конце герой идёт по разорённой войной стране и шепчет: "Дети... надо начинать с детей. Их ещё можно спасти". А сирот вокруг хватает.

Ей-богу, китайцы могли бы снимать фильмы по миру Полдня братьев Стругацких. По-моему, они единственные, кто сейчас мог бы сделать это на полном серьёзе - без артхауса, как у Германа, и без трэша, как у Бондарчука. У них есть и культурная традиция изображения неоантропов, и живая школа кинематографического соцреализма.

(Конечно, не все главные герои китайских фильмов про ушу - неоантропы. Не все. Но многие.)

Думаю, теперь ясно, насколько Крылов промахнулся со своим выводом о том, что в китайском мифе герои противостоят западному Порядку. На самом деле, идейный враг и в западном, и в китайском сюжете один и тот же, и это пирамида с суперанималом на вершине. Просто в западном мифе власть суперанималов - это мрачное прошлое (или не менее мрачное будущее), а в китайском - мрачное настоящее. В одном случае общество второго типа борется с обществом первого типа (успешно или нет), в другом - общество третьего типа пытается сосуществовать с обществом первого типа, но в итоге гибнет в столкновении с ним, хотя и не до конца.

Теперь посмотрим, что Крылов пишет о нас:

"Запад (в том или ином виде) всегда возвышался над Русью, как раскидистый дуб над березкой, имевшей несчастье вырасти у его подножия. Дуб, собственно, никакого особенного зла березке не желает. Он просто заслоняет ей свет...

А с другой стороны, с Востока — Степь, и по степи ходят кочевники, нападают, жгут дома, убивают, уводят в полон. Да, Восток может изумить своими чудесами, — но Русь этот самый Восток в гробу видала. Восток для русских — это отнюдь не Чайная Церемония, не изречения Конфуция, даже не расписные шелка, страшные для скупых европейцев разве что своей непомерной ценой, — а внезапные ночные набеги каких-нибудь очередных половцев или печенегов, горящие кровли изб, кривые железные сабли, гортанные крики поганых, тела под конскими копытами, и сухой деревянный дождь стрел. С Востока на Русь непрерывно дул смертный ветер, обрывавший с русской березы последние листья.

Если удариться в пафос, то можно сказать так: история Россия — это история непрерывной войны на два фронта: с диким, оскалившимся мурлом варварства, с беснующейся Степью, и с застывшей, самодовольной, самодостаточной Высокой Цивилизацией, которая, ежели и снисходила до внимания к любопытной разновидности дикарей у себя под боком, норовила использовать их по какой-нибудь своей цивилизованной надобности, но по большей части просто подавляла своим величием. Русские были зажаты между отчаянием и ужасом, между западным Ариманом и восточным Люцифером. Для русских в мире не оставалось места, и, чтобы выжить и остаться самими собой, необходимо было его создать".

Но опять же, обратите внимание на ключевые слова - и против тех, и против этих. Кого это характеризует? Общество четвёртого типа - диффузники контролируют неоантропов, которые используют суперанималов в качестве боевых единиц.

И это уже интересно. Посмотрим на наши былины. Князь Владимир - это даже не король Артур. Он и его подданные, очевидно, диффузники.

Богатыри - это приручённые суперанималы. Они никак не связаны с властной иерархией. Они живут не в городе, а где-то в другом месте, на "богатырской заставе". И да, они кровожадные чудовища, что, в общем-то, в былинах прописано достаточно откровенно. При этом, богатыри обладают невероятной боевой эффективностью - в большинстве случаев, для ликвидации прорыва достаточно послать против вражеского войска одного-единственного богатыря. С другой стороны, против равного по силам противника, будь то иной богатырь, Змей или какое-нибудь Чудо-Юдо, богатыри могут сражаться целыми днями, без особого успеха.

Не хватает только неоантропов, которые должны ходить рядом с богатырями и направлять их действия. В былинах к этой роли ближе всего калики перехожие.

Это позволяет нам воспроизвести схему "камень, ножницы, бумага". Допустим, в Степи ходит кочевая пирамида во главе с ханом-суперанималом. Под ним его мурзы-суггесторы, под ними - рядовые воины. Пирамида переодически протягивает свои щупальца к былинному Киеву, посылая за добычей отряды диффузников или диффузников во главе с суггесторами. В таком случае, княжеская дружина Владимира держит удар, а богатыри выкашивают противника.

Византия прислала своих суггесторов? Калики держат удар, богатыри крушат противников.

Возникают какие-нибудь сверхъестественные угрозы? Мелкую нечисть, вроде Соловья-разбойника, останавливают калики, истребляют богатыри. Крупную нечисть, вроде Змея, останавливают богатыри, добивают калики (в былинах этого нет, но подобный ход напрашивается).

Внезапно объявится враждебный Шаолинь? Опять же, калики смогут выдержать удар (неоантропы против неоантропов), а княжеская дружина размажет пришельцев тонким слоем.

И всё ради того, чтобы спасти диффузников, которые сами по себе не способны противостоять ни естественным, ни сверхъестественным угрозам. Это особый проект народа, который не хотел подчиняться ни суггесторам, ни суперанималам, так?

Я вижу тут большие драматические возможности :). Образ суперанимала-богатыря - биологической боевой машины без особых мозгов и рефлексии. Образ неоантропа-калики - человека интеллигентного и образованного, который ходит рядом с этим существом, воспитывает, заботится о нём, помогает, направляет на цель... Неоантроп чужд обществу, которое он защищает, и в то же время он неизбежно привязывается к монстру, как человек привязывается к собаке или к лошади. В данном случае, "собака" умеет говорить, хотя в основном на тему "а почему людей есть нельзя? а если вкусно?" И тот же неоантроп обязан в случае необходимости уничтожить вышедшего из под контроля суперанимала. (Почему невнушаемый суперанимал подчиняется неоантропу? Ну, в этом-то и состоит секрет, это ключевая технология данного общества. Я бы сказал, что есть такая вещь как импринт...)

Главное, что мир сказочной Руси обречён. Мы из своего завтра знаем, что проект рухнул, ничего у них не вышло. На этих землях возникла классическая пирамида - один правит, остальные пресмыкаются. И так из века в век.

Как может выглядеть крах общества четвёртого типа? Это само по себе интересно.
Может, просочившиеся суггесторы договорились с неоантропами насчёт создания республики, с одним неизбежным условием - чтобы неоантропы избавились от своих суперанималов? А когда неоантропы на это пошли - суггесторы предъявили своего суперанимала, и подчинили ему диффузников?
Может, суггесторы сначала соблазнили диффузников, и те перебили всех неоантропов-калик? А оставшиеся без руководства богатыри разорвали страну на множество мелких клочков, по принципу "каждый сам за себя"? Таких сцен можно нарисовать, дух захватывает.

Более того, я считаю, что это так или иначе отвечает на заданный Крыловым вопрос.

"Теперь вернёмся к странноватой реакции русских людей на предъявление  им их же собственной мифологии. Почему, собственно, мы так тащимся от  «туманов Авалона», а вот наши родные «змеи-горынычи» вызывают острое  желание поглумиться?

...Ответ, увы, очевиден. Всё дело в том, что нас научили смеяться над собой...

Известную роль сыграла в этом и советская власть, с её весьма  избирательным подходом. Киносказки Роу, на которых выросли несколько  поколений отроков и отроковиц, приучили нас к тому, что «своё»  непременно забавно. И, при всей гениальности Милляра, «кощеи» и  «бабы-яги» в его исполнении напрочь закрыли возможность той  трансформации, которую JRRT проделал с «эльфами» — существами исходно  ничуть не более почтенными. Один из сильнейших ходов Профессора —  чудесное превращение «малого народца», порхающего над цветочками, во  вполне серьёзный и трагический Избранный Народ.

Что же делать?"

Если проблема в том, что богатыри ассоциируются с стёбом и смехуёчками, то решение простое. Надо сознательно перегибать палку в другую сторону. Представляете - киноафиша с тёмным силуэтом, и подпись: "Богатырь вам не друг". Богатырь - убийца, берсерк-психопат, говорящее оружие. И сцена из фильма - на поле боя выбегает растрёпанное длинноволосое нечто со звериными глазами, увешанное какими-то оберегами - и с разбега врезается во вражеский строй. А дальше как в былинах: "он первого татарина взял — разорвал, другого татарина взял — растоптал", третьему оторвал руку и забил ей досмерти четвёртого. И всё это с безумной, неистовой яростью. Чтобы зритель чувствовал, что перед ним - природный враг нашего вида, приручённый, выдрессированный, натравленный на врагов, и всё равно опасный, подобно пламени, острому ножу или оголённому проводу.
Tags: мир без Героя
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 34 comments