Григорий (gest) wrote,
Григорий
gest

Category:

Советский народный утопизм

Я давно хотел процитировать два отрывка из книги "Альтернативная цивилизация" отечественного футуролога Бестужева-Лады. Это его взгляд на собственную молодость. Мне кажется, здесь очень точно схвачено, о чём и как думала тогдашняя молодёжь, вернее, один её конкретный подвид, к которому принадлежал и автор - серьёзные юноши в очках, верящие в системный подход и устремлённые в будущее, к неизбежной победе коммунизма.

"Более сорока лет назад, в самом начале 50-х годов, я вступил в переписку с И.В.Сталиным. Точнее, с его канцелярией. Мне очень хотелось, чтобы побыстрее наступил коммунизм — светлое будущее всего человечества, о котором слышал столько прекрасного, начиная с детского сада. Между тем, окружающая реальность меньше всего напоминала рай на земле. И не было никаких признаков того, что в обозримом будущем станет напоминать. Как ускорить приближение обещанного? Одна из идей: год за годом превращать школу за школой в школы-интернаты, где отборные идеальные и гениальные педагоги принимались бы за перевоспитание отпетой шпаны в серафимов и херувимов, старательно ограждая своих подопечных от общения с их родителями, погрязшими в разнообразных пороках. И тогда, по мере естественной замены порочных предков все менее порочным потомством...

Были и другие идеи в том же духе.

Поскольку, однако, никаких реакций, кроме официальных благодарностей за благие советы, как ловчее достраивать вавилонскую башню коммунизма, из канцелярии вождя не последовало, родилась еще одна идея: написать о коммунизме такой научно-фантастический роман, чтобы, прочитав его, все ахнули, перестали предаваться порокам и энергичнее устремились в упомянутое светлое будущее.

Забегая вперед, должен сказать, что такой роман был написан. Только не мной, а моим учителем — теперь, спустя долгие годы, могу назвать его одним из своих духовных наставников — выдающимся писателем-фантастом Иваном Ефремовым. Его “Туманность Андромеды” (1957) известна на многих языках мира и до сих пор остается лучшим произведением советской научной фантастики. Заметим, впрочем, что попытка перевести роман на язык кинематографа закончилась полным провалом: коммунизм на экране предстал невероятно напыщенным и скучным, словно мумия Ленина в Мавзолее. И это, наверное, закономерно. Сначала провал на экране, потом — в жизни.

Итак, я вознамерился написать что-то вроде “Туманности Андромеды” года за три до ее появления. Но к тому времени за моими плечами уже была научная школа в аспирантуре Института истории Академии наук СССР. И мне было известно, что недопустимо приниматься за что-то серьезное, пока не познакомился с тем, что сделано в том же плане до тебя. Поэтому, написав первую строку будущего романа: “Они жили в белоснежных пятиэтажных домах” (тут — явное провидение не существовавших еще в те времена знаменитых хрущевских “пятиэтажек”), автор отправился в библиотеку и стал жадно перечитывать знакомых со школьной парты Сен-Симона, Фурье, Оуэна.
Как вдруг...

Рядом с каталожным ящичком, на котором красовалось привычное словосочетание “Утопический социализм”, обнаружился еще один, с загадочным “Социальные утопии”. Какие еще могут быть утопии, кроме тех, что “проходили” в институте? Раскрыл наугад картотеку, и первое, что бросилось в глаза: “Циолковский К. Э. Будущее Земли и человечества. Калуга. 1928 г.”. Это еще что такое? Ведь Циолковский — что-то там про ракетные двигатели. Нет, оказывается не про двигатели. Про иное человеческое на иной планете в ином времени.

Так я впервые познакомился с альтернативной цивилизацией.

Правду сказать, большинство современных читателей ужаснулись бы, заглянув в такое будущее. Но в те времена (и много позднее) оно просто завораживало.

Судите сами.

Исходная посылка: “Только тогда, когда население Земли увеличится в тысячу раз (к началу XX в. оно превысило 1, 5 млрд. — Ред.), человек сделается хозяином почвы, океана, воздуха, погоды, растений и самого себя. Следовательно, разум нам указывает, что на первом плане должно быть размножение и одновременное завоевание земель”. Каким образом? Очень просто. Создаются растения, способные утилизировать не один-два, а пятьдесят процентов солнечной энергии, падающей на землю. Для этого азот атмосферы связывается в твердые вещества, в воздухе остаются лишь необходимые человеку кислород (90%) и углекислота (10%). Удержать такую атмосферу у земной поверхности можно с помощью экрана из кварца почти полуметровой толщины (в те времена не знали современных сверхпрочных пластиков) на высоте 10 м над землей. При таких условиях для пропитания одного человека будет достаточно всего лишь одной сотки (0, 01 га) плантаций. Таким образом суша сможет вместить 400 млрд. человек. А если закрыть океаны гигантскими “плотами” — искусственными островами, покрытыми плодородной почвой, — то питания хватит еще на 1200 млрд. Итого — более полутора триллионов...

Сегодня нам доподлинно известно, что если бы такая затея удалась, то планета Земля перестала быть Землей, даже сохранив прежнее название. И человечество перестало быть человечеством, превратившись в разновидность муравьев или пчел, даже если бы удалось уберечься от метеоритов, пробивающих кварцевый экран, и от землетрясений, уносящих при таких условиях миллиарды жертв ежегодно. Более того, сегодня нам известно, что природа попросту не допустила бы такого эксперимента над собою, погубив от болезней и голода особей, бывших когда-то людьми, задолго до того, как их численность достигла бы полутора триллионов. Сегодня экологи, физиологи и психологи могли бы в деталях расписать, как именно деградировало и неизбежно вскоре погибло бы вместе со всей земной флорой и фауной то, что звалось человечеством.

И все же первое впечатление сорок лет назад (и много лет спустя, и не у меня одного) было: “Изумительная глубина мысли”. Именно такое замечание вижу на полях конспекта брошюры Циолковского. Потребовалось почти два десятилетия, чтобы впечатление начало меняться. И еще почти десятилетие, чтобы оно сменилось на прямо противоположное (хотя не я один продолжаю считать Циолковского выдающимся мыслителем конца XIX — первой трети XX в., в частности, разделяю его идею о невозможности полноценного развития человечества в грядущие века и тысячелетия без освоения космоса — к этому вопросу нам еще предстоит специально вернуться).

(...)

К счастью для своих потенциальных читателей, научно-фантастического романа про светлое будущее человечества я так и не написал. Очень правильно сделал, потому что есть много оснований подозревать, что он оказался бы намного хуже гениальной “Туманности Андромеды”. А главное, как и любые романы мира, вместе взятые, при любом успехе, вряд ли мой роман свернул бы людей в одночасье со стези порока на путь добродетели, на что, собственно, и рассчитывал автор прежде всего. Так что не воплощенный в книгу замысел избавил и автора, и читателей от лишних разочарований в жизни".


А вот эпизод с его попыткой опубликовать собственное творчество, когда ему впервые дали понять, что энтузиасты не нужны:

"В один прекрасный солнечный день золотой осени 1958 г. к главному редактору одного из центральных московских издательств вошел молодой автор и выложил перед ним на стол три толстенные папки с рукописями по шестьсот страниц в каждой — плоды титанических трудов целых трех лет. Вообще-то автор был молодым только по советским меркам, а на деле это был мужчина лет тридцати с хвостиком, в очках, с лысиной, отец семейства с двумя детьми, в том числе и школьного возраста. Кроме того, он чувствовал себя вовсе не молодым, а зрелым человеком, перелопатившим огромную гору литературы на русском, английском, немецком, французском языках, и убежденным, что он досконально знает — особенно после XX съезда компартии Советского Союза, где была разоблачена преступность и порочность культа личности Сталина — как обстоят дела в XX в. с капитализмом и социализмом и как будет выглядеть человечество (на основании выводов из прочитанной литературы) в веке XXI и последующих. Впоследствии выяснилось, что он был, мягко говоря, излишне самоуверен и серьезно ошибался во всех этих отношениях Но в то время это было неизвестно ни ему, ни принимавшему его главному редактору. Напротив, к своим тридцати годам он уже не являлся начинающим автором. За его плечами были ученая степень, книга, несколько десятков статей и многочисленные рецензии, включая заказанные в этом же самом издательстве.

Поэтому редактор с доверием отнесся к лично знакомому ему пришедшему и с интересом раскрыл первую папку.

Рукопись была озаглавлена “Контуры будущего” и содержала подробнейшие сведения о человечестве XXI и последующих веков. О том, как, согласно авторитетнейшим прогнозам-предсказаниям, будут выглядеть энергетика и строительство, промышленность и сельское хозяйство, транспорт, связь, физиология и психология человека, народонаселение мира, город и деревня, освоение земной поверхности и космоса, здравоохранение и культура, язык, письменность, календарь и даже имена собственные у людей. Автор тогда еще не знал, что человеку не дано знать, что будет в будущем, что он может только выявлять будущие проблемы и возможные пути их решения. Автор был уверен, что открыл новую науку, науку о будущем, историю будущего, футурологию, он еще не подозревал, что такая наука в принципе невозможна, что возможно лишь междисциплинарное исследование будущего, сложные комплексы прогнозов в различных науках. Главное же, автор не знал того, что прекрасно знал главный редактор, получивший строжайшие указания не публиковать ни строчки из всего того, что хоть в малейшей степени могло бы поставить под сомнение Программу компартии СССР, которая как раз разрабатывалась тогда в великой тайне, чтобы поразить весь мир своим хвастливым фанфаронством три года спустя, позорно обанкротиться в глазах компетентных людей еще три года спустя и катастрофически провалиться в глазах всего человечества, в том числе и оболваненных ею полутора миллиардов человек, спустя еще четверть века — аккурат к тому времени, когда советские люди, по уверениям авторов Программы, должны были оказаться в коммунистическом раю. Редактор только хмыкнул от сожаления, что такой любопытный текст оказался ни ко времени, ни ко двору. И отложил папку в сторону.

Впрочем, читатель может сам ознакомиться с этой рукописью — правда, в сильно усеченном и “прилизанном” многочисленными редакторами виде — в любой центральной библиотеке. Книга называется “Контуры грядущего” (1965). Авторы — И.Лада и О.Писаржевский (безвременно скончавшийся талантливый журналист, который помог выпустить рукопись в свет под видом квазикомментариев к Программе КПСС).

Следующая папка оказалась не менее любопытной. Она была озаглавлена: “Капитализм и социализм: соревнование к 2000 году”. В рукописи подробно доказывалось, что социалистический Ахиллес, развивающийся с умопомрачительной скоростью более 10% в год (если верить всегда столь правдивой советской статистике — на деле самой лживой из всех), обязательно догонит и перегонит капиталистическую черепаху, которая плетется жалкими шажками менее 2—3% в год. Несложные расчеты показывали, что уже к 1985 г. — менее, чем через 30 лет — Советский Союз обойдет Соединенные Штаты по производству чугуна, зерна, хлопка и множеству других столь же важных продуктов. И тогда капитализм ждет жалкий конец: все народы мира увидят, что при социализме разных доступных всем металлоизделий, буханок, трусиков — хоть завались, а при капитализме — только постоянный кризис перепроизводства, когда все есть, а купить никому не на что, и ничего более, хоть умри. И лакеев акул капитализма в правительствах буржуазных стран с позором прогонят, после чего компартии завалят всех буханками и трусиками. Самое любопытное, что эти прогнозные расчеты не совсем полностью, но оправдались: к 1985 г. СССР действительно превзошел США по чугуну и многим другим важным статьям. Но никакого чуда не произошло. Россия как была Индией с германской армией столетие назад, так ею и осталась. А США к тому времени начали уже строить в космосе свою “Оборонную инициативу”, даже отдаленно недоступную ни Индии, ни России. Конечно, об этом в 1958 г. ни автору, ни редактору ничего не было известно, и столь многообещающая папка была отложена в сторону с еще большим сожалением — по тем же причинам.

Но самое большое потрясение ожидало редактора, когда он раскрыл [третью] папку. Заглавие рукописи гласило “Третья мировая война”. В ней подробно рассказывалось, как СССР одержал в этой грядущей войне решительную победу над США. Правда, в распоряжении автора не было никаких объективных исходных данных: они были строго засекречены, и попытка хоть чуть приоткрыть завесу тайны грозила, как минимум, полудюжиной лет тюрьмы. Но он вышел из положения: воспользовался данными о вооруженных силах СССР, США и других крупных стран мира, которые содержались во 2-м издании Большой Советской Энциклопедии, не менее лживом, чем 1-е и 3-е издания, но все же дававшем какой-то исходный материал. Подкорректировав его интуицией военного историка (первая профессия автора по окончании аспирантуры), оказалось возможным прийти к цифрам, более или менее соответствовавшим реальности (что подтвердилось 20 лет спустя, когда знакомился с ежегодниками по балансу вооруженных сил мира в Лондонском международном институте стратегических исследований).

Итак, после очередной провокации оголтелых американских империалистов — а кому же в СССР не было известно, что именно они начиная с 1947 г. после речи Черчилля в Фултоне, побудили миролюбивое советское правительство вторгнуться с помощью марионеточных, подставных армий в Грецию, Южный Азербайджан, наконец, в Южную Корею, спровоцировали осаду Западного Берлина и заставили предъявить претензии на черноморские проливы — терпение прогрессивных сил мира лопнуло. 30 тыс. советских танков, поддержанные с воздуха десятком тысяч самолетов, смели символические заслоны США и их сателлитов, прошли Западную Германию, Францию, Испанию, заняли воздушными десантами Великобританию и еще много месяцев двигались к Кейптауну по западному побережью Африки. В это же время 10 тыс. танков, поддержанные авиацией, прошли с севера на юг Австрию, Италию и высадились десантом в Ливию. Еще 10 тыс. танков прошли Грецию и через Стамбул устремились в Египет, а там соединились еще с 10 тыс. танков, двинувшимися туда из Закавказья, и совместно тоже начали двигаться к Кейптауну по восточному побережью Африки. В это же время советские подводные лодки с ядерными зарядами подошли к восточному побережью США и ультимативно потребовали безоговорочной капитуляции под страхом превращения страны в руины. Американские империалисты, долго кричавшие, что лучше быть мертвым, чем красным, тут же струсили и изменили этот лозунг на прямо противоположный, а американские рабочие и крестьяне с восторгом встретили своих избавителей от акул Уолл-стрита и приступили совместно со всем прогрессивным человечеством к строительству социализма.

Бегло взглянув на этот бред, ничем серьезным, впрочем, не отличавшийся от советской военной доктрины вплоть до осени 1989 г., редактор побледнел от ужаса (в отличие от бреда, доктрина являлась сверхсекретной) и мог только спросить: “Вы это — от кого?”. Имелось в виду, что дать “добро” на такую писанину мог только сам Хрущев или, в крайнем случае, его доверенное лицо Аджубей. Услышав в ответ, что “не от кого, а от себя самого”, он попросил удалиться с миром, а когда автор потребовал официальную рецензию — через несколько дней прислал ему такую, что на сей раз побледнел от ужаса адресат. Самая мягкая оценка, содержавшаяся в ней, гласила: “антимарксизм” (что было несправедливо: наоборот, чистейший марксизм — но от тюрьмы не избавляло)".
Tags: СССР, технотриллер
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments