Григорий (gest) wrote,
Григорий
gest

Categories:

Как большое рождается из малого, или откровенный гон

...Но когда я в последний раз перечитывал "Графа Монте-Кристо", я решил представить, что этот роман непосредственно повлиял на Карла Маркса. По датам всё совпадает - роман по частям выходил во Франции в 1844-1845 годах, и с самого начала пользовался огромным успехом у публики. Маркс, как сообщает нам Википедия, с 1843 по 1845 год жил в Париже. Естественно, как и все образованные люди того времени, он читал по-французски.

И, естественно, Маркс болел не за Эдмона Дантеса, а за его врагов. Я не зря процитировал этот кусок:

" - Да, эти три подписи стоят многих миллионов, - сказал Данглар, вставая, словно желая почтить могущество золота, олицетворённое в сидящем перед ним человеке. - Три неограниченных кредита. Простите, граф, но и перестав сомневаться, можно все-таки остаться изумленным".


Монте-Кристо обладает первостепенным состоянием:

"– Да, конечно, – продолжал Монте-Кристо, – на мой взгляд, есть три категории богатства: первостепенные состояния, второстепенные и третьестепенные. Я называю первостепенным состоянием такое, которое слагается из ценностей, находящихся под рукой: земли, рудники, государственные бумаги таких держав, как Франция, Австрия и Англия, если только эти ценности, рудники и бумаги составляют в общем сумму в сто миллионов. Второстепенным состоянием я называю промышленные предприятия, акционерные компании, наместничества и княжества, дающие не более полутора миллионов годового дохода, при капитале не свыше пятидесяти миллионов. Наконец, третьестепенное состояние – это капиталы, пущенные в оборот, доходы, зависящие от чужой воли или игры случая, которым чье-нибудь банкротство может нанести ущерб, которые могут поколебать телеграфное сообщение, случайные спекуляции, – словом, дела, зависящие от удачи, которую можно назвать низшей силой, если ее сравнивать с высшей силой – силой природы; они составляют в общем фиктивный или действительный капитал миллионов в пятнадцать. Ведь ваше положение именно таково, правда?"


Подобно власти денег, чьё могущество он олицетворяет, Монте-Кристо не признаёт границ (если что, это продолжение всё того же разговора с Вильфором):

"– ...Державы царей ограничены – либо горами, либо реками, либо чуждыми нравами и обычаями, либо иноязычием. Мое же царство необъятно, как мир, ибо я ни итальянец, ни француз, ни индус, ни американец, ни испанец – я космополит. Ни одно государство не может считать себя моей родиной, и только богу известно, в какой стране я умру. Я принимаю все обычаи, я говорю на всех языках. Вам кажется, что я француз, не правда ли, потому что я говорю по-французски так же свободно и так же чисто, как вы? А вот Али, мой нубиец, принимает меня за араба; Бертуччо, мой управляющий, – за уроженца Рима; Гайде, моя невольница, считает меня греком. Я не принадлежу ни к одной стране, не ищу защиты ни у одного правительства, ни одного человека не считаю своим братом, и потому ни одно из тех сомнений, которые связывают могущественных, и ни одно из тех препятствий, которые останавливают слабых, меня не останавливает и не связывает. У меня только два противника, я не скажу – победителя, потому что своей настойчивостью я покоряю их, – это время и расстояние. Третий, и самый страшный, – это мое положение смертного. Смерть одна может остановить меня на своем пути, и раньше, чем я достигну намеченной цели; все остальное я рассчитал. То, что люди называют превратностями судьбы – разорение, перемены, случайности, – все это я предвидел; некоторые из них могут задеть меня, но ни одно не может меня свалить".


Он не боится законов, потому что власть закона не выходит за пределы стран, где эти законы действуют, а служители закона всего лишь люди:

"– ...Пока я не умру, я всегда останусь тем же, что теперь; вот почему я говорю вам такие вещи, которых вы никогда не слышали, даже из королевских уст, потому что короли в вас нуждаются, а остальные люди боятся вас. Ведь кто не говорит себе в нашем, так смешно устроенном обществе: «Может быть, и мне когда-нибудь придется иметь дело с королевским прокурором!»

– А разве к вам самим это не относится? Ведь раз вы живете во Франции, вы, естественно, подчинены французским законам.

– Я это знаю, – отвечал Монте-Кристо. – Но когда я собираюсь в какую-нибудь страну, я начинаю с того, что известными мне путями стараюсь изучить всех тех людей, которые могут быть мне чем-нибудь полезны или опасны, и в конце концов я знаю их так же хорошо, а может быть, даже и лучше, чем они сами себя знают. Это приводит к тому, что какой бы то ни было королевский прокурор, с которым мне придется иметь дело, несомненно, окажется в более затруднительном положении, чем я".


У Монте-Кристо есть компромат на всех, и он может позволить себе давать взятки на уровне глав государств.

Так как же всё-таки свалить этого ублюдка? - задумался молодой Маркс. Никакие финансовые кризисы ему не страшны - как он и сказал, он владеет самой землёй и её богатствами, могущественные монархии у него в долгу, банковские империи позволяют ему распоряжаться их капиталами, как своими собственными. Деньги позволяют ему скупить всё и всех. С точки зрения существующих правил игры, Монте-Кристо неуязвим, а правила игры нельзя изменять, потому что в них заинтересованы все участники. Не могут же разом разориться богатейшие государства Европы? Вот если бы одновременно отменить все законы, собственность, финансы, чтобы лишить Монте-Кристо источника его могущества... поменять общеевропейскую элиту и переписать мораль, чтобы обесценить компромат...

Через три года, в 1848 году, Маркс напишет "Манифест коммунистической партии". Затем уже выйдет "Капитал", "Гражданская война во Франции" и "Критика Готской программы".
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments