Григорий (gest) wrote,
Григорий
gest

Книги нашего детства

Я как-то написал важный для меня лично пост, "Феномен советской фантастики".

Мне он был важен в качестве ментальной карты, на которой уже можно расставлять отдельные произведения. Целью был по возможности более полный охват: как я там пишу в комментах, если говорить о советской фантастике, абсурдно было бы ограничивать её только двумя авторами с их личными заморочками, или двенадцатью годами с 1956 по 1968. Нужно брать и забытые произведения 20-30ых, и малоизвестные произведения 70-80ых. Главное, чтобы присутствовал общий критерий, и я его предложил. По крайней мере, для меня он действует.

Правда, тут уже возникает вопрос, могли ли существовать в СССР авторы, писавшие "несоветскую" фантастику, и может ли считаться "советской" фантастика Богданова, которую он писал ещё до возникновения СССР. Возможность существования "советской фантастики" (как конкретного феномена) после распада СССР я отрицаю. Если хотите, можем об этом поговорить.

Как бы то ни было, если накладывать идеальную схему на реальный мир, всегда найдутся точки, далеко отстоящие от основной последовательности. Вроде как известно, что в провинциально-республиканских издательствах идеологический контроль был зачастую менее твёрдым, чем в центральных издательствах Москвы и Ленинграда. Тем более, что речь могла идти о произведениях на национальных языках, а ведь были и такие. Помимо этого, в СССР существовала детская фантастика, как несерьёзное ответвление изначально не самого серьёзного жанра, и требования к ней были намного более мягкими. Стругацким запрещали писать про космических пиратов, а Кир Булычев спокойно это делал, он ведь для детей писал. Я уж не говорю о том, как соотносилось творчество Крапивина и советская идеологическая ортодоксия.

А если речь о детской фантастике, изданной в каком-нибудь Ташкенте...?

О, у меня была в детстве такая книга, "Этот несносный Ноготков" Льва Белова. Я её недавно перечитал - это адский ад, тлен и упадок. Удивительно - вернее, слава богу! - что в детстве я этого не понимал.

"  — Это длинная история, — горько усмехнулся микри, — и началась она восемьсот восемь миллионов лет назад.
Вообще вам трудно представить весь ужас нашей трагедии. Дело в том, что около миллиарда лет назад иоллиты были сконструированы нашими предками, рост которых приближался к двум метрам. А впоследствии те же иоллиты затеяли со своими создателями войну и, представьте, победили, после чего сами стали проделывать различные эксперименты с нами. Мало того, что иоллиты подчинили нас своей власти, так еще заставили нас воевать друг с другом — под воздействием дьявольских гипномозговых компьютеров!
  — И долго длилась эта война?—спросил цитолог.
  — Восемь часов, — ответил Алик, пристально глядя на микри.
  — Правильно, — подтвердил Двамистыче. — А потом мы восемь столетий приходили в себя. Восьмерка у нас роковая цифра".


Какая "Звёздная месть", какой Петухов... Герой этой повести, Алик Ноготков, мог бы сказать: Я был в космосе. Там нет коммунизма.

И об этом я бы тоже, может быть, хотел бы поговорить.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments