Григорий (gest) wrote,
Григорий
gest

Categories:

Английская поэзия ("Норманн и сакс")

Есть у Киплинга такое стихотворение, "Норманн и сакс", действие которого происходит через 34 года после норманнского завоевания.

В чём идея? В первую очередь, это стихотворение об английском национальном характере, где английский - это англо-саксонский, англо-американский (т.е., относящийся ко всей "расе", а не только и не столько к подданным британской короны). Это было частью обширного дискурса, изначально, французского, который тянулся по-крайней мере с начала 19 века. Речь шла о противопоставлении галлов и франков во Франции, саксов и норманов в Англии. [В 19 веке саксонская тема была модной, в том числе в связи с успехами лингвистики - у слов появилась родословная, германская или романская; можно было сравнивать процентное соотношение и смысловые оттенки соответствующей лексики.]

Если кратко, то саксонцы - это народ, норманны - это власть, которая садится тебе на шею, и всякая там прочая аристократия. В "Гордости и предубеждении" Беннеты - исконная английская деревенская знать, мистер Фицуильям Дарси - норманнский феодал-оккупант: во всём, начиная со своего невозможного имени.

В то же время, как и следует из двойного названия, это стихотворение не только о народе, но и о технологиях управления народом, состоящим из свободных людей. Это, что Аристотель называл сутью политики: "Ясно и то, что власть господина и власть государственного мужа, равно как и все виды власти, не тождественны, как то утверждают некоторые. Одна – власть над свободными по природе, другая – власть над рабами. Власть господина в семье – монархия (ибо всякая семья управляется своим господином монархически), власть же государственного мужа – это власть над свободными и равными". Силой можно захватить власть, но чтобы её удержать, надо обладать политическими навыками. Очевидно, что старый норманн мудр той мудростью, которая приходит с опытом, его советы сыну глубоко продуманы и разумны.

Norman and Saxon
A.D. 1100

"My son," said the Norman Baron, "I am dying, and you will be heir
To all the broad acres in England that William gave me for share
When he conquered the Saxon at Hastings, and a nice little handful it is.
But before you go over to rule it I want you to understand this:–

"The Saxon is not like us Normans. His manners are not so polite.
But he never means anything serious till he talks about justice and right.
When he stands like an ox in the furrow – with his sullen set eyes on your own,
And grumbles, 'This isn't fair dealing,' my son, leave the Saxon alone.

"You can horsewhip your Gascony archers, or torture your Picardy spears;
But don't try that game on the Saxon; you'll have the whole brood round your ears.
From the richest old Thane in the county to the poorest chained serf in the field,
They'll be at you and on you like hornets, and, if you are wise, you will yield.

"But first you must master their language, their dialect, proverbs and songs.
Don't trust any clerk to interpret when they come with the tale of their wrongs.
Let them know that you know what they're saying; let them feel that you know what to say.
Yes, even when you want to go hunting, hear 'em out if it takes you all day.

They'll drink every hour of the daylight and poach every hour of the dark.
It's the sport not the rabbits they're after (we've plenty of game in the park).
Don't hang them or cut off their fingers. That's wasteful as well as unkind,
For a hard-bitten, South-country poacher makes the best man- at-arms you can find.

"Appear with your wife and the children at their weddings and funerals and feasts.
Be polite but not friendly to Bishops; be good to all poor parish priests.
Say 'we,' 'us' and 'ours' when you're talking, instead of 'you fellows' and 'I.'
Don't ride over seeds; keep your temper; and never you tell 'em a lie!"


В сети есть хороший перевод Сергея Шоргина (stran_nik):

Норманнский барон промолвил: "Я скоро умру, мой сын;
Вильгельм мне выделил земли - ты станешь их господин.
Именье славное это - за Гастингс, за храбрость дано...
И ты, вступив во владенье, прошу, не забудь одно:

Сакс вовсе не схож с норманном, у сакса суровый нрав;
Сакс может стерпеть немало - не стерпит попрания прав.
Когда он, как бык, упрется, и вспыхнет в глазах огонь,
Когда пробурчит: "Нечестно!", - о сын мой, его не тронь.

Пытай пикардийцев вволю, секи гасконских стрелков,
Но с саксами будь осторожней, их сброд страшнее волков;
Они соберутся скопом - холопы и господа -
И будут жалить, как шершни, и ты - уступи тогда.

И надо, чтоб ты скорее их грубый язык постиг
И без перевода понял рассказы о бедах их.
Пусть видят они, что просьбы тебе разбирать не лень;
Забудь о желанной охоте, и слушай - хоть целый день.

Любой из них днем - пропойца, любой - браконьер по ночам,
Он ловит не кроликов в поле, а дичь по твоим лесам.
Повесить, рубить ему пальцы - весьма расточительный путь;
Сакс - славный охотник; в солдатах он будет не хуже ничуть.

Являйся с женой на свадьбы, поминки и праздники к ним.
С епископом ты не ссорься; будь ласков к попам приходским.
Тверди только "мы" и "наше" - не "вы", "мое" или "я",
Ты им не трави посевы; и помни - ни слова вранья!"


Тем не менее, везде, по всему Рунету лежит ужасный перевод В. Топорова:

Норманн, умирая, напутствовал сына: «В наследство прими
Феод, мне дарованный некогда Вильямом – земли с людьми –
За доблесть при Гастингсе, полчища саксов повергшую в прах.
Земля и народ недурны, но держи их покрепче в руках.

Здесь править не просто. Сакс – вовсе не то что учтивый норманн.
Возьмется твердить о правах, а глядишь, он то шутит, то пьян.
Упрется, как бык под ярмом, и орет про нечестный дележ.
Дай время ему отойти, ведь с такого немного возьмешь.

Гасконских стрелков, пикардийских копейщиков чаще секи,
А саксов не вздумай: взъярятся, взбунтуются эти быки.
Повадки у них таковы, что хоть князь, хоть последний бедняк
Считает себя королем. Не внушай им, что это не так.

Настолько язык их узнай, чтобы каждый постигнуть намек.
Толмач не поймет, чего просят, – им часто самим невдомек,
Чего они просят, а ты сделай вид, что их просьбу постиг.
Знай: даже охота не повод, чтоб бросить, не выслушав, их.

Они будут пьянствовать днем и стрелять твоих ланей во тьме,
А ты не лови их, не трогай – ни в темном лесу, ни в корчме.
Не мучай, не вешай на сучьях и рук у них не отрубай:
Ручищи у них в самый раз, чтоб никто не оттяпал твой край.

С женой и детьми приходи к ним на свадьбы, поминки, пиры.
Епископ их крут – будь с ним крут, а отцы приходские добры.
Тверди им о «нас» и о «нашем», когда угрожают враги
Поля не топчи, на людей не кричи и смотри им не лги!»


Переводчик не справился с передачей смысла. "А отцы приходские добры" - и никогда не будут обижать своего маленького норманнского сеньора! Причём, такое чувство, что у Топорова был какой-то зуб на саксов. "But he never means anything serious till he talks about justice and right" превратилось в "Возьмется твердить о правах, а глядишь, он то шутит, то пьян". И роскошное "Толмач не поймет, чего просят, – им часто самим невдомек" (потому что саксы - тупая алкашня). Ну и вывод из этого: "А ты сделай вид, что их просьбу постиг" - эти идиоты сами не знают, чего хотят и о чём говорят, но, на всякий случай, кивай головой и делай вид, что во всём с ними согласен. Классический пример того, что как переводчик не осознал авторскую интенцию. Киплинг не считал саксов тупицами, это же его идеализированные предки!
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments