October 9th, 2017

gunter

Поход на вечерний сеанс

Сходил с Шелом на нового "Бегущего по лезвию".

Мне понравилось 3/4 этого фильма, мне понравилась атмосфера, дизайн, картинка и т.д.

И меня страшно разочаровала концовка в духе "продолжение следует", даже если эта надпись там так и не возникла. Это что-то невыносимое, расстановка фигур в начале ни к чему не приводит в конце. Единственная сюжетная линия, у которой есть хоть какое-то развитие - это виртуальная подружка героя. Серьёзно, лучше уж фильм со слабым началом, чем фильм с никаким концом.

И да, финальная драка была страшно дурацкой. Как я сказал Шелу, "если в фильме дерутся два персонажа, и один побеждает, то должно быть понятно, почему это произошло, почему победил именно тот, а не другой".
gunter

"Мы не сомневались в том, что Павлик Морозов поступил правильно"

Не мог найти один текст, прямо с ума сходил. Я помнил, что такое было, помнил, что где-то должен был это сохранить (грёбанный фейсбук), но найти не мог.

Ладно, нашёл по ключевым словам в другом месте. Это доклад Г.П. Щедровицкого, датированный 1978 годом. Мне это важно для темы Лефевра. Я тогда так и не закончил этот цикл, надеюсь, когда-нибудь закончу. Но, короче, Лефевр описывает две этические системы - в Первой цель не оправдывает средства, а во Второй - оправдывает. Вторая этическая система - типа, советская. Применительно к реальному СССР ирония состояла в том, что творцы, создающие культурную продукцию, нередко больше симпатизировали идеологически чуждой Первой этической системе, но маскировали это внешне лояльными сюжетами. Вот как это звучит у Щедровицкого:

"Вот произошло событие, скажем, вышел фильм Г.Чухрая «Сорок первый» — для людей моего поколения это было событие… И мы относимся, мы оцениваем, мы что-то делаем… Проходит какое-то время, год, два, и наши оценки меняются. (...) Вот более сложная вещь. Когда Чухрай делает «Сорок первый», он, опираясь на пьесу Лавренева, дает совершенно новую трактовку отношений героев. Так через все это задано очень уж объективистское отношение к миру. Когда Марютка убивает белого офицера, мы все твердо знаем, что она неправа. Так сделано по фильму. В пьесе было иначе, там не было сомнений, там надо было убить, и это ясно всем. Классовая непримиримость не может усомневаться, так же как мы не сомневались в том, что Павлик Морозов поступил правильно, когда он донес на своего отца. В момент выхода фильма «Сорок первый» это положение уже кажется сомнительным".


Сюжет "Сорок первого", очевидным образом, утверждает ценности Второй этической системы, советские ценности. Красный снайпер Марютка любила белого офицера, но всё равно его пристрелила, потому что так надо, такова воля Начальства. (Жертвенный конфликт, как высшая форма этичного поведения - объявить войну тому, кто тебе близок.) Автор пьесы, безусловно, был на стороне своей героини. Щедровицкий утверждает, что Чухрай специально снял фильм так, чтобы посеять в людях сомнение в истинности подобных ценностей. Иначе говоря, настоящий смысл фильма полностью противоположен заявленному: цель не оправдывает средства, а идеология, которая превращает людей в убийц и фанатиков - плохая идеология. По крайней мере, так это воспринимали отдельные интеллигентные зрители, типа самого Щедровицкого. Но как это воспринимал обычный зритель 1956 года? Бог весть.
gunter

Образ зла в советских детских сюжетах

На полях книги Ленина "Материализм и эмпириокритицизм" Сталин написал (*):



"1) слабость
2) лень
3) глупость

единственное, что может быть названо пороками.
Всё остальное - при отсутствии вышеуказанного составляет несомненно добродетель!

NВ! Если человек
1) силён (духовно)
2) деятелен
3) умён (или способен) -
- то он хороший, независимо от любых иных "пороков"!

(1) и (3) дают (2).

Увы, увы!
И что же видим мы?
..
."


Это описание героя Второй этической системы Лефевра. В тему предыдущего (скрытая антисоветчина советских сюжетов), в ряде детских произведений сюжетное зло обрисовывалось именно такими красками. Посмотрим на "Карабаса-Барабаса" в "Приключениях Буратино":



Считайте меня подлым -
Да! Я готов на подлости!
Эх! Я готов на подлости!
Ух! Я готов на подлости!
Но лишь бы в потасовке
Хватило бы мне бодрости,
Но лишь бы в потасовке
Хватило бы мне бодрости,
Хватило бы мне бодрости,
Хватило бы мне бодрости!

Зовете меня гадким?
Да! Я готов на гадости!
Эх! Я готов на гадости!
Ух! Я готов на гадости!
Но лишь бы все захапать
К своей великой радости,
Но лишь бы все захапать
К своей великой радости,
К своей великой радости,
К своей великой радости!

Плевать на унижения -
Да! Я готов унизиться!
Эх! Я готов унизиться!
Ух! Я готов унизиться!
Но лишь бы к сладкой цели
Хоть чуточку приблизиться,
Но лишь бы к сладкой цели
Хоть чуточку приблизиться,
Хоть чуточку приблизиться,
Хоть чуточку приблизиться!


Это формула хорошего человека по Сталину, как она есть. Карабас никогда не сдаётся и не отступает, Карабас всегда трудится для достижения своих целей, Карабас готов использовать любую эффективную стратегию. Карабас волевой, активный, хитрый, и цель для него, безусловно, оправдывает средства. Всё это, на самом-то деле, делает его плохим человеком (с точки зрения Первой этической системы).

Ровно то же самое мы увидим в образе Кащея из "Маши и Вити против Диких Гитар". Кащей-Градский поёт (начиная с 28:43):

Я хитёр, я зол и жаден,
Груб, жесток и беспощаден,
Хладнокровно действую мечом.
Незнакомо мне волненье,
Сдал я сердце на храненье,
И не сожалею ни о чем!


Одним словом, это героический идеал Второй этической системы, который используется, как антиидеал, для того, чтобы показать - одной только воли и целеустремлённости недостаточно. Можно стать самым главным из плохих, но самый главный из плохих - это самый плохой и есть.
gunter

"Маша и Витя", или как это продавали советской цензуре

С советской точки зрения, в музыкальной сказке "Маша и Витя против Диких Гитар" происходит следующее.

Есть цеховик и золотой спекулянт, "чахнущий над златом" Кащей. На свои нелегальные барыши он спонсирует подпольную рок-группу "Дикие Гитары". Группа состоит из приблатнённого фарцовщика Кота (Дикий Кот, он же Матвей), его шмары Яги и прибившегося к ним наивного провинциала Лешего.

"Дикие Гитары" ведут антисоциальный образ жизни и играют злую и агрессивную рок-музыку. Как говорит Волшебник, "весь сказочный лес в страхе держат, а в свободное время на гитарах бренчат, песни горланят, чтобы ещё больше на добрых лесных жителей испугу нагнать".

Эх, бараночки-конфетки, бары-растабары,
Мы лесные "Самоцветы" - "Дикие Гитары".

Мы кричим, мы бренчим и барабаним.
А кого в лесу найдем, а кого в лесу найдем,
С тем шутить не станем - на части разорвем!

Эх, березоньки-ракиты, бары-растабары,
Скоро будут знамениты "Дикие гитары"!

Мы кричим, мы бренчим и барабаним.
А кого в лесу найдем, а кого в лесу найдем,
С тем шутить не станем - на части разорвем!

***

Яга:

Не летать тебе на воле, голубь сизокрылый.
Нет спасенья в чистом поле от нечистой силы.

Припев, хором:

Берегись, берегись, шутить не станем!
Под землёй тебя найдем, под землёй тебя найдем,
Из воды достанем! На части разорвем!

Леший:

Есть дорога, нет дороги. От лихой погони,
Не спасут тебя ни ноги, ни гнедые кони.

Припев.

Кот Матвей:

Будь ты спринтер, будь ты стайер - трижды чемпион,
Не упустим, не отстанем, всё равно догоним!


Типичные рокеры. Всё это, естственно, приводит их к конфликту с местной октябрятской организацией. Октябрята разоблачают Кащея (найдя сундук, в котором хранилась "его смерть" - расстрел за валютные операции в особо крупных размерах), и, призвав на помощь народную дружину, разгоняют "Диких Гитар". Весёлая бодрая музыка, под которую так приятно ходить строем, побеждает упаднический рок, пробуждавший в людях низменные инстинкты. Физик-Витя (не верящий в сказки) примиряется с лириком-Машей (которая верит в сказки), потому что "нам песня строить и жить помогает", лирика вдохновляет физиков на новые свершения.

Чтоб могли на Марс летать
Люди без опаски,
С детства учимся мечтать
Мы у старой сказки.

Отчего бы не сказать
Дружно вслух всем вместе:
"В трудный час не унывать
Помогают песни!"


Но это так авторы продавали эту тему соответствующим органам. (А потом взяли и сделали сказку, в которой диснеевская Белоснежка, олицетворяющая Свободу, одерживает триумф над отечественным царём Кащеем и его авторитарной державой.)

--------------

Не могу ещё одну вещь не отметить, просто некуда её запихнуть. В тему того, что будет непонятно следующим поколениям. Леший воплощает и пародирует советский архетип выходца из деревни, потерявшегося в большом городе. Юмор строится на том, что у Лешего голова забита советскими штампами, которые он старательно воспроизводит:

Но в город волей случая
Попал я, вот беда,
С тех пор мне глушь дремучая
Постыла навсегда.

О том, что свет учение
Зимою и весной,
Твержу без исключения
Всей нечисти лесной.

Обидно жить лохматыми,
Досадно пить из луж,
Когда вся сила в атоме
И в химии к тому ж.


Опять же, для начальства, Леший произносит советско-лояльные фразы, чтобы втереться в доверие к октябрятам, потому что на самом деле он антисоциальный элемент. Но суть в том, что к середине семидесятых советский "речекряк" уже воспринимался исключительно в пародийном ключе (ну или маркер совсем уж "деревни").
gunter

Метаистория Даниила Андреева и образ Кащея

Так. В этом, последнем вступлении, я хотел поговорить о том, кто такой, в сущности, Кащей, и почему он держит в плену Белоснежку.

Равана похищает Ситу, Рама идёт войной на Равану. В одном блоге, где обсуждался этот сюжет, обнаружившийся в комментах индус выдал чеканное: "Рама - это Господь. Сита - Индия". И это действительно так, по крайней мере, на символическом уровне. Прекрасная Дева - душа нации или страны. Герой - стремление к реализации божественного замысла, главный направляющий принцип. Зло - демонический принцип.

В отечественных условиях Даниил Андреев истолковал этот сюжет следующим образом. Прекрасная Дева - Соборная Душа России. Герой - небесный защитник России, наш национальный дух. Демон - тираническая природа российской власти. Иначе говоря, Она - страна, Он - народ, Оно - государство. Это наш вечный треугольник.


[Всё это должно было стать прелюдией к моему рассказу об отечественном фильме "Реальная сказка" - фильме, который меня реально возмутил. Но то моё возмущение так и не вышло за рамки рассказов друзьям.]

Дальше я хотел поговорить о том, что, с точки зрения метафизики Даниила Андреева - или, как он сам выражался, "метаистории", - образ Кащея (неважно, в "Маше и Вите против Диких Гитар" или в "Реальной сказке") собирательный, он относится как к Великому Игве отечественной преисподней, так и к нашему родному уицраору, Жругру, демону российской государственности. А это две разные вещи, потому что Жругр - он в каком-то смысле просто голем, который хочет жить, а Великий Игва напрямую и сознательно служит демоническим иерархиям...

Но тут я понял, что пересказывать Даниила Андреева бессмысленно. Лучше я просто поставлю прямую ссылку:

Книга IV. Структура Шаданакара. Инфрафизика/ Глава 3. Шрастры и уицраоры

И с одной стороны, всё-таки заметно, что Даниил Андреев сочинял этот текст в сороковые-пятидесятые годы двадцатого века (причём с 1947 по 1957 год - в тюрьме), что автор сформировался как личность в двадцатые-тридцатые, а его эстетические идеалы вообще лежали где-то в направлении второй половины-конца 19 века. А с другой стороны ТАМ ВСЯ ПРАВДА НАПИСАНА. Хотите разобраться  в вопросе? Читайте Даниила Андреева. (Где ещё можно узнать, что в нижних мирах любят конструктивизм и хэви-металл?)

"Что же поддерживает жизненные силы уицраоров? Механизм этого процесса весьма непрост. Уицраор излучает в гигантских количествах своеобразную психическую энергию, проникающую в Энроф. Воспринятая сферою бессознательного в человеческой психике, она проявляется среди человеческих обществ в виде комплекса национально-государственных чувств. Благоговение перед своим государством (не перед народом или страной, а именно перед государством с его мощью), переживание самого себя как участника в грандиозной деятельности великодержавия, культ кесарей или вождей, жгучая ненависть к их врагам, гордость материальным преуспеванием и внешними победами своего государства, национальное самодовольство, воинственность, кровожадность, завоевательный энтузиазм – все эти чувства, выявляющиеся уже в пределах человеческого сознания, могут расти, распухать, гипертрофироваться лишь благодаря этой уицраориальной энергии. Но при этом психика людей обогащает эти, если можно так выразиться, разряды энергии своими собственными привнесениями, свойственными лишь ей. Возникает своеобразное психоизлучение человеческих масс, психоизлучение двойственной природы и обратной направленности. Оно опускается сквозь земную кору, проникает в соседние инфраслои и проступает в виде вязкой красной росы на почве шрастров. Игвы собирают её для уицраоров – в этом и состоит их главная обязанность по отношению к ним, – а остатками лакомятся сами: прозябание на растительной пище не только угнетает их и тяготит, но и не может предохранить от деградации.

(...)

Мне остаётся сказать несколько слов о Друккарге – единственном из шрастров, воспоминания о котором поднимаются в круг моей дневной памяти. Центр главного из городов Друккарга составляет сооружение высотою около километра: капище. О статуе праигвы, мчащегося верхом на распростёршем крылья раругге, я уже говорил; и если отдалённым подобием этой статуи нужно считать в Энрофе Медного Всадника, то с капищем трансфизически связано совсем иное, знакомое нам здание: мавзолей.

Главный город опоясан кольцевой цитаделью, состоящей из концентрических кругов. В одном из них томится Навна, Идеальная Соборная Душа России. При третьем Жругре положение ухудшилось: над нею воздвигнут плотный свод. Теперь её сияющий голос едва проступает местами, как голубоватое, невидимое игвам и раруггам, свечение на поверхности циклопических стен. А вне Друккарга лишь верующие в России земной и просветлённые в России Небесной слышат её голос. – Кто она, Навна? То, что объединяет русских в единую нацию; то, что зовёт и тянет отдельные русские души ввысь и ввысь; то, что овевает искусство России неповторимым благоуханием; то, что надстоит над чистейшими и высочайшими женскими образами русских сказаний, литературы и музыки; то, что рождает в русских сердцах тоску о высоком, особенном, лишь России предназначенном долженствовании, – всё это Навна. Соборность же её заключается в том, что нечто от каждой русской души поднимается к Навне, входит в неё, оберегается в ней и сливается с её собственным Я. Можно сказать и так: некоторого рода духо-энергия, имеющаяся у каждого человека, входящего в организм нации, пребывает в Навне. Навна – невеста демиурга России и пленница Жругров".


Наша Соборная Душа - в плену. Вот базовая суть русского сюжета.