Григорий (gest) wrote,
Григорий
gest

Categories:
  • Mood:

Власть (и, немного, Война) - косвенно про мой мир

Последнее время я думаю об экранизациях. Экранизации бывают слабее оригинала (чаще всего), лучше и сильнее (редко), бывают совершенно другими "и не о том". Иногда они подчёркивают и дополняют достоинства изначального произведения, и это, возможно, лучший вариант (мой пример - отечественные "Приключения Шерлока Холмса"). Бывает и так, и я знаю только один подобный случай, когда текст и фильм вступают в равноправные отношения. Для меня это роман "Крёстный отец" Марио Пьозо и одноименный и всем известный фильм.

Всем известный, да? Я на это надеюсь.
Жил-был дон Вито Корлеоне, глава семьи Корлеоне, которая, вместе с другими пятью семьями, контролировали всю преступную деятельность в городе Нью-Йорке. И было у дона Вито три сына - необузданный Сонни, бездарный дурак Фредо и надежда семьи, Мигель-Майкл. Помимо этого, была ещё дочь и семейный советник Том, приёмный сын, практически.

Дон Вито - это, собственно, Власть. Тут ничего не надо говорить, он такой, каким его сыграл Марлон Брандо. Но в книге Мигель говорит, что (по его мнению) заставило Вито стать крёстным отцом мафии. Такие люди, как его отец, по своим внутренним качествам, достойны власти, уважения и почёта. Они не могут быть вторыми, они созданы, чтобы править. Но Вито, бедный итальянский эмигрант, не мог добиться позиции в обществе, которой заслуживал - по-крайней мере, законными путями.  Изнанка общества, преступный мир, давал ему возможность реализовать своё право на власть, и обеспечить своим детям стартовый капитал, который позволит им легализоваться среди американской элиты.

(Вырезал кусок. Пересказывать сюжет смысла нет.)

Так вот, что добавляет книга? В первую очередь, она рассказывает, как Корлеоне стали стали Корлеоне. Дело в том, что в тридцатые годы Вито, который уже тогда был главой сильнейшей итальянской преступной группировки, решил, что на улицах много разной швали. И самолично установил ценз на криминальную деятельность. В Нью-Йорке должны были остаться только самые крупные итальянские семьи, помимо Корлеоне, таких было пятеро. Все остальные независимые банды, итальянские, еврейские, ирландские, негритянские, безжалостно истреблялись людьми Корлеоне. Это был жестокий, и, одновременно, до ужаса убедительный ход. Вито сразу поставил себя в позицию смотрящего, судьи над всеми остальными. Более того, семье Корлеоне удалось прикормить ряд влиятельных политиков и судей, и именно выход на уровень Закона сделал их первыми среди равных... в системе, которую создал дон Вито.

С этой точки зрения, сюжетное содержание книги и фильма завязано на попытках остальных семей, в первую очередь, Бразини, сбросить Корлеоне с трона.   

Потом. В фильме Сонни, откровенно говоря, кажется тупо агрессивным и ограниченным товарищем. "Было у дона три сына, два дурака и один умный". Он начинает войну, которая вредит бизнесу, потом бездарно умирает. Но из книги мы узнаём, что дону Вито повезло с сыновьями дважды. Сонни не был Властью, но Сонни был Войной, и, в своей сфере, настоящим гением, автор называет его "наполеоном уличных боёв". Дело в том, что когда большая чистка тридцатых годов дошла до ирландцев, отдельные горячие товарищи вспомнили о революционно-террористическом опыте. Им удалось дотянуться до Вито, дон на какое-то время выбыл из игры, а восемнадцатилетнему (где-то так) Сонни пришлось до выздоровления отца взять власть в свои руки. И он справился, все враги семьи были успешно закатаны в бетон, Корлеоне одержали убедительную победу. Поэтому, когда события повторились, он повёл себя таким же образом, то есть уверенно взялся за штурвал и занялся тем, в чём разбирался лучше всего.     

Покушение на его отца - тут же следует акция возмездия, убийство сына дона Татальи. Против Корлеоне, как нарушителей конвенции, ополчаются остальные семьи - Сонни уходит в глухую оборону. Да, бизнес катится в тартарары, но это бьёт по всем семьям. По фильму это не видно, но в книге ясно сказано, что эту войну Сонни медленно, со скрипом, но выигрывал. Ответные удары Корлеоне становились всё ощутимее, враги лежали на канатах. Сонни разрабатывал последнюю акцию, своего рода шедевр - одновременное уничтожение глав всех пяти семей, после чего обезглавленному противнику оставалось бы только умолять о мире. Но враг оказался хитрее, и успел устранить Сонни первым. Второго такого не было, пришлось дать задний ход. Вслед за сыном умирает старый Вито, главой семьи становится Майкл.

Важный пункт. Все знают фразу "ничего личного, это бизнес", по понятным причинам, она стала популярна в широких кругах постсоветского общества. Настоящий девиз девяностых, куда до неё интеллигентной "это не олимпийские игры". Я такое очень не люблю. Главное, фильм тут сыграл злую шутку со зрителями, ибо в книге эта фраза чётко характеризует неудачников, предателей и шестёрок. И, если память меня не обманула, в фильм не вошёл ответ Майкла на эту реплику. А он там говорит, что "бизнес - это и есть личное!" В этом вся суть. Тебя поимели - улыбнулся вместе со всеми, это бизнес, пошёл домой клеить марки, это личное. Завтра опять поимеют. Корлеоне были первыми, потому что помимо их дела у них не было ничего личного; по крайней мере, они не отделяли одно от другого. Логика власти отличается от логики человеческих отношений, она построена не на содружестве, но на господстве.   

А теперь о том, что добавил сюжету фильм, кроме идеального кастинга, потрясающей картинки и незабываемой музыки. В книге Майкл в конце организует убийство Татальи и Бразини, то есть тех, кто был непосредственно виноват в покушении на отца и в убийстве брата, и этим, если хотите, подчёркивается его отличие от Сонни. Сонни решал военную задачу, Майкл - политическую. Но тут выстрелил фильм, там сказано, что по приказу Майкла в один день ликвидировали "Таталью, Бразини и глав нью-йоркских пяти семей". Учитывая, что Таталья и Бразини сами представляли две семьи из пяти, видимо, вырезали и их потенциальных преемников. Эдакий эхо-вариант "плана Сонни". И знаете, здесь режиссёру чутьё не изменило, это точное попадание, и надо прочесть книгу, чтобы понять, что должно было быть именно так, и не иначе.

В книге речь шла о суде, о возмездии. В фильме - о наказании. Да, вина остальных семей была не так велика, как вина Бразини и Таталья. Они не пытались сами скинуть Корлеоне, но они помогали тем, кто пытался. Они стояли и смотрели на падение великой семьи, они злорадствовали. Но власть беспощадна к тем, кто видел её слабость, или к тем, кто способен представить мир без неё. Майкл преподал остальным семьям жестокий урок, им оставалось только подчиниться вернувшемуся хозяину - в конце концов, это ведь бизнес, ничего личного. Мигель Корлеоне умел не прощать.

P.S. (вырезано)
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments