Григорий (gest) wrote,
Григорий
gest

Categories:
  • Music:

"Перелётный кабак"

Прочёл "Перелётный кабак" Честертона.

Главный герой - великолепный образчик варвара:

"Европейские  государства, согласные в  том, что нужен  мир  на турецких условиях,  препоручили  последние  переговоры  Англии  и Германии,  которые, несомненно, могли его обеспечить; был тут и представитель султана: был и единственный враг султана, еще не примирившийся.

Одно  крохотное государство месяц за месяцем  боролось в  одиночестве, каждое утро  удивляя  мир  своим  упорством, а  иногда и  успехом. Никому не ведомый  правитель,  называвший себя  королем  Итаки,  оглашал  восточное Средиземноморье славой, достойной имени острова, которым он  правил.  Поэты, разумеется,  вопрошали,  не вернулся  ли  Одиссей;  любящие  отчизну  греки, вынужденные сложить оружие, гадали о том, какое  из греческих племен и какой из  греческих  родов  прославила  новая династия.

Поэтому  все  удивлялись, услышав,  что  этот  потомок  Улисса  -  просто  наглый  ирландец,  искатель приключений,  по  имени  Патрик  Дэлрой, который прежде служил  в английском флоте,  поссорился с  начальством из-за своих фенианских взглядов  и вышел в отставку.  С тех  пор он пережил  немало  приключений и сменил немало  форм, постоянно  попадая  в  беду или вовлекая  в нее других, и  поражая  при этом какой-то странной смесью почти циничной удали и самого чистого донкихотства. В  своем  фантастическом  королевстве  он,  конечно, был и генералом,  и адмиралом,  и министром иностранных  дел; но исправно следовал  воле народа, когда речь  шла о  войне и мире, и по  его велению признал себя побежденным.

Помимо профессиональных талантов он  славился  физической  силой  и огромным ростом.  Газеты  любят  теперь  писать, что варварская сила мышц  не играет никакой  роли в военных действиях;  однако  такой  взгляд  не  больше соответствует истине, чем противоположный.  На Ближнем  Востоке, где  у всех есть  какое-то  оружие и  на  людей часто  нападают,  вождь,  способный себя защитить, обладает немалым преимуществом, да и вообще не совсем  верно, что  сила ничего не  значит. Это признал лорд  Айвивуд, представитель  Великобритании, подробно объяснивший  королю Патрику безнадежное превосходство турецкой пушки  над его силой, на что тот заметил, что  может  поднять  пушку и удрать с  нею. ("Поставь на них заборы, они их перепилят, спусти на них собаку, они её съедят" - Г.Н.)

Признавал это и величайший из турецких полководцев, страшный Оман-паша, знаменитый отвагой на поле брани и жестокостью в мирное время; на лбу у него красовался шрам, нанесенный шпагой ирландца в трехчасовом поединке и принятый, надо сказать, без  стыда,  ибо турки  умеют  держаться. Не  сомневался  в  этом  и  финансовый  советник германского посла, ибо Патрик  Дэлрой справился, какое окно  ему по вкусу, и забросил его в спальню, прямо на кровать, где он позже  принял врача.  И все же один мускулистый ирландец на маленьком островке не  может сражаться вечно с целой Европой; и он с  мрачным добродушием подчинился  воле своей приемной родины. Он даже  не мог  перестукать дипломатов (на  что у него хватило бы и силы, и смелости), ибо разумной частью сознания понимал,  что они, как и он, подчиняются приказу. Король  Итаки,  облаченный  в  зеленую  с  белым  форму морского  офицера (придуманную  им самим), грузно и сонно сидел за маленьким столиком. У  него были  синие бычьи глаза, бычья шея  и такие рыжие волосы, словно голову его охватило пламя. Некоторые считали, что так оно и есть".


Прямо-таки закос под любимые сюжеты slavamakarov'а! Крутой варвар во главе маленького, но гордого островного государства практически на ровном месте уходит "в кораблики" и рвёт гораздо более сильного противника. И именно что "в своем  фантастическом  королевстве  он,  конечно, был и генералом,  и адмиралом,  и министром иностранных  дел".

Как я уже говорил, Честертон, имхо, пытался писать от имени Севера и буржуа. Соответственно, положительные герои - Король-Воин (варвар), Трактирщик (архаичный буржуа) и примкнувший к ним Поэт (интель). Главный враг - Аристократ:

Лорда Айвивуда  считали красивейшим  человеком Англии.  На  фоне синего моря он казался мраморной статуей, безупречной по форме, но являющей нам лишь белый и серый цвет. От  игры  света  зависело, тускло-серебряными  или  бледно-русыми станут его волосы, а безупречная маска лица никогда не  меняла ни цвета, ни  выражения. Он был одним  из  последних ораторов  в  несколько старомодном  стиле,  хотя самого  его ни в малой степени нельзя  было назвать  старым, и умел  придать красоту  всему,  что  скажет;  но двигались  только  губы,  лицо оставалось мертвым. И манеры у него были, как у прежних членов парламента. Например, он встал,  словно римский сенатор, чтобы  обратиться к трем людям на окруженной морем скале...

Те, кто встречался с лордом Айвивудом в такие минуты, поняли бы, почему он занял  столь высокое  место в истории  своего времени несмотря на ледяное лицо и дикие  догмы.  В нем  были  все  благородные  черты, обусловленные отсутствием, а не присутствием какого-то свойства. Нельсон ведал страх, он - не ведал.  Поэтому  его  нельзя  было  удивить  и он оставался собранным  и холодным там, где другие теряли голову.


При этом, это английский аристократ, исповедывающий Западную этику (естественно, в примитивном варианте,  "все как я") и являющийся мусульманином-ницшеанцем! То есть, он представляет собой тройное Зло - для буржуа, для Северной этики (Запад - кошмар Севера) и для христианской Ортодоксии.
Айвивуд собирается организовать в Англии революцию руками Турецкого Спецназа имени Гоши Куценко (да-да, того самого, из фильма "Турецкий Гамбит"; "Это диверсия!", помните?). Но Патрик Дэлрой поднимает красное знамя народного бунта и во главе армии лавочников, крестьян и рабочих спасает Англию от самой себя. Варвары - они такие. За это буржуа их и любят, в принципе.

"Несмотря на  свою диковатую  веселость Дэлрой по-прежнему казался поэту рассеянным,  словно он думал о чем-то другом, гораздо более важном. Он был в творческом трансе; и Хэмфри Пэмп, знавший его, как себя, понимал, что занят он  не  стихами. Многие  нынешние  моралисты  назвали  бы  такое  творчество разрушительным. На свою беду,  капитан Дэлрой  был человеком действия... Он  очень  любил сочинять  стихи, но  ни поэма, ни  песня  не давали ему  такой радости,  как безрассудный поступок...

Патрик встал с древесного  трона и прислонился к ветви. Глядел он  так, словно ему бросили вызов.
  - Ваши стихи хорошие, - с показной  небрежностью сказал он, - а мои плохие. Они  плохие, потому что я  не поэт, но еще и  потому,  что  я сочинял  тогда другие стихи, другим размером.
Он оглядел кудрявый путь и прочитал как бы для себя:
   
    В городе, огороженном непроходимой тьмой,
    Спрашивают в парламенте, кто собрался домой.
    Никто не отвечает, дом не по пути,
    Да все перемерли, и домой некому идти.
    Но люди еще проснутся, они искупят вину,
    Ибо жалеет наш Господь свою больную страну.
    Умерший и воскресший, хочешь домой?
    Душу свою вознесший, хочешь домой?
    Ноги изранишь, силы истратишь, сердце разобьешь
    И тело твое будет в крови, когда до дома дойдешь.
    Но  голос зовет сквозь годы:  "Кто еще  хочет свободы? 
    Кто  еще  хочет победы? Идите домой!"

Как  ни  мягко  и ни лениво  он говорил, поза его и движения удивили бы того, кто его мало знал.
  - Разрешите  спросить, - сказал, смеясь, Дориан, - почему вы сейчас вынули из ножен шпагу?
  - Потому что мы долго кружили, - отвечал  Патрик,- а теперь  пришло  время сделать крутой поворот.
Он указал шпагой на  Лондон, и серый отблеск рассвета сверкнул на узком лезвии".


Да, в конце Патрик вновь скрестил клинки с тамошним Гошей Куценко, Оман-пашой, и в честной схватке убил его.
А злобный аристократ Айвивуд сошёл с ума. Дело в том, что будучи аристократом, он считал себя ницшеанским сверхчеловеком. Но потом он увидел, как дерётся высокоуровневый варвар...

Update: Ну и повод для совершенно "северный", конечно. Лорд Айвивуд закрыл в Англии все кабаки и трактиры. Как я уже говорил, частные харчевни всегда ассоциировались у меня с Севером, и это понятно. Если уж люди хотят иметь право выбора в отношениях с властью, то к общепиту (и "общепиву") это тем более относится. Плюс, как подсказали мне западные критики, паб в то время - это не просто паб, это центр деревенской жизни, место сходок, советов и дискуссий.
Tags: Север, варвар
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments