Григорий (gest) wrote,
Григорий
gest

Category:

Корни истории, исток реки, ч.1.

Теперь, что касается истории про героического старика, повернувшего реку.

Я не знаю, что хотел сказать 1a1 этой ссылкой. Может быть, это была антитеза к моему тексту, может быть, наоборот, иллюстрация; может, он просто хотел, чтобы я об этом написал. Как бы то ни было, что-то меня зацепило.

Я зануда. Во мне иногда просыпается такой маленький бесёнок, который хочет докопаться до сути вещей, найти изначальную форму предмета.

В сети эта история, наверное, появилась в 2002 году, в рассылке Школы Своего Дела. Дальше она уже цитировалась без изменений, переходя с ресурса на ресурс. (История была упомянута в книге 1998 года "Мотивация труда", со ссылкой на газетную статью, но самого текста там не было).

Помимо основного корпуса, существует ещё один вариант изложения статьи, он приведён здесь. Есть все основания предполагать, что этот автор самостоятельно раздобыл нужный номер "Комсомольской правды" за 1992 год и цитировал прямо из неё:

"ПОВОРОТ всей жизни произошёл с тех пор в Назаркине. Здесь уже выросла целая новая улица. В спасённую Горяниным деревню вернулись беженцы из Таджикистана и Азербайджана, коренные жители, когда-то жившие в Назаркине. Повернув реку, старик спас громадное хозяйство фермера Клима Кильмухаметова – Большой Ик остановился отвесным обрывом в четырёх метрах от фермы и коровника. Продолжается дело Горянина – в ином, новом качестве.

...Один великий старик написал «Как нам обустроить Россию». Другой великий уже начал её обустраивать, начав со своей деревни.

А самого старика Горянина мы уже не застали, он теперь в рати не земной, но небесной. В первый мой приезд в Назаркино я говорил и с Матрёной Григорьевной, женой старика. Теперь и она лежит рядом с мужем за общей оградой...".

Подобное окончание статьи больше нигде не упоминается.

Автор странички, некий Михаил Речкин, также добавил истории мистическое измерение:

"В начале 1983 года я готовился к очередному областному семинару молодых литераторов, но чрезвычайная занятость по службе не позволила мне написать достаточное количество рассказов, тогда в один из выходных дней я решил просто сесть перед чистым листом бумаги и хоть что-нибудь да написать.

Долго сидел, прокручивая в голове разные сюжеты, но ничего подходящего подобрать не смог. Правда, вспомнился случай, когда злопамятный деревенский попик назвал новорождённого младенца Дулей, за то, что его отец как-то спьяну показал низкорослому и толстому, как колобок, святому отцу фигуру из трёх пальцев. Решил дать волю фантазии и... написал такое, чего в реальной жизни никак быть не могло.

Оскорбительное имя сыграло с Дулей злую шутку, поэтому, когда он вырос, то решил устроиться лесником, тем более что с детства увлекался охотой и тайгу знал также хорошо, как двор отцовского дома.

Стал он жить в небольшом домике на высоком берегу небольшой, но судоходной реки Кокши, откуда открывался живописный вид на колхозные поля и берёзовую рощу. Вскоре освоил ещё одну специальность бакенщика. Женился. Появились дети. Но ставшие частыми наводнения  губили полюбившуюся рощу и родную деревню, стоявшую на противоположенном берегу Кокши. Вешние воды подмывали берег, на котором стояли дома, избы, амбары, огороды и они обрушивались в реку. Собственно, я взял всё это из реальной жизни; деревня Кокшенево, в которой родились моя мама и дед, очень страдала от таких наводнений, самые разрушительные случились в 1928, 1941 и 1947 годах. В итоге целая деревенская улица – Луговянка – ушла под воду.

В моём рассказе Дуля принимает решение: прокопать обводной канал, и спасти рощу, и деревню от частых паводков. И это ему удаётся!

Я назвал рассказ – «Дулина протока». Но на семинаре был подвергнут такой «экзекуции», какая мне и не снилась. Коллеги по перу вдоволь поизмывались над моим произведением. Нужно признать, что мой «скоропостижный» рассказ в литературном отношении был действительно слабым, но главный его «недостаток» заключался в том, что он абсолютно не соответствовал соцреализму. «Какой-то там Дуля в одиночку копает канал! – возмущались руководители семинара. – Да такое может родиться только в воспалённом мозге». Одним словом, по мозгам мне дали основательно, но 14 января 1986 года этот рассказ, правда, под другим заголовком – «Протока», опубликовала омская областная молодёжная газета «Молодой сибиряк». А спустя почти семь лет мне случайно подвернулась под руку «Комсомолка» за 21 ноября 1992 года с газетным очерком Сергея Благодарова, который он назвал «Старик и речка». Так вот в нём было описано то, что я создал с помощью своего воображения. Удивительно, но когда я выписывал своего Дулю, то в качестве прототипа взял кокшеневского лесника Ивана Горанина, который, как и вымышленный Дуля (и Сергей Кузьмич Горянин!), прошёл фронт, был тяжело ранен и вообще слыл легендарной личностью".

Таким образом, у нас возникает первая, реалистичная версия - не было никакого старика Горянина, был только рассказ 1986 года про придуманного ветерана Дулю. Который, изменив имена, и перекатал в свою статью журналист "Комсомолки" Сергей Благодаров (или тот, у кого Благодаров списывал, но об этом позже).

Но против этой версии у нас возникает довольно весомое возражение. В отличие от Дули, упомянутые в газете река Большой Ик и деревня Назаркино совершенно реальны, их легко можно найти по картам Гугля (да, я маньяк). К сожалению, спутниковые снимки сделаны зимой, но что-то понять можно - в центре, с севера на юг, течет Большой Ик, слева дворы деревни Назаркино, внизу мост через Ик. Если полазить, порассмотреть, ещё приблизить картинку, то читается и старое русло реки, которое изгибается и упирается в деревню, и узкий канал, который идёт через рощу и спрямляет реку. Если это то, о чём я думаю, то можно сказать - дело рук Сергея Кузьмича Горянина видно даже из космоса.

Итак, по крайней мере в своей ландшафтно-географической части рассказ правдив. (Стоит прислушаться к мистическими воззрениями Михаила Речкина - кто знает, вдруг он и вправду считал сюжет реальной истории с информационного поля Земли. :))

Но я чувствовал, что статья 92 года - это ещё не оригинал, за ней стояло что-то ещё. Так и оказалось - поиск установил, что изначально эта история была изложена в книге 91 года, откуда репортёр взял почти все факты и всю последовательность событий. Короче, я взял эту книгу в библиотеке... (да, я маньяк).

Итак, Михаил Чванов, "Корни и крона. Я был в Аксакове", Башкирское книжное издательство, Уфа, 1991 год. (Кстати, это тоже оттуда.) Да, там приведена самая полная и подробная версия истории (автор называет её легендой-былью), а главное, её, наконец, можно поместить в контекст.

Что такое контекст? Ну представьте, что в этой истории описаны события 90х. Какой в ней увидят смысл? Честный советский ветеран и бездушные россиянские чиновники, он защищал родную землю, как тогда, на войне, он был один, всем было плевать, но он снова победил. На самом-то деле, действие происходит в советское время, с 72-го по 82-й год. Автор - типичный "деревенщик", почвенник-консерватор, так что его тема - противопоставление настоящего, народного, русского, с одной стороны, и гнилого "советского" - с другой. Книга писалась во времена перестройки, когда было уже можно, поэтому автор позволяет себе выпады и в адрес Троцкого, и в адрес Берии, и в адрес Луначарского. (А уж Министерство водного хозяйства СССР он попросту ненавидит и считает воплощением зла и антисистемой.)

А так звучала изначальная, авторская мораль истории про старика и речку:

"Вот вам пример столкновения двух нравственностей - ещё живущей народной и нравственности "героев" великих строек, революционных "преобразователей природы".

Ну как - смогли бы вы по этой концовке реконструировать суть легенды? ;)

(продолжение следует...)
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments