Category: компьютеры

Category was added automatically. Read all entries about "компьютеры".

gunter

Лефевр: сложные структуры, ч.1

Продолжаю с Лефевром. Это последний, но очень важный смысловой кусок.

Основополагающий принцип этой части звучит так:



Осознайте это. Что это означает на практике? В структуре из трёх элементов можно подсчитать этический "вес" всех возможных комбинаций.

В структуре из четырёх элементов - уже нет.



В ситуации, которая обведена на схеме рамкой (незамкнутая цепочка из четырёх дружественных элементов, незамкнутая цепочка из четырёх враждебных элементов), невозможно дать этическую оценку происходящему. Алёша дружит с Борей, Боря дружит с Васей, Вася дружит с Геной, но Боря не дружит с Геной, Гена не дружит с Алёшой, Алёша не дружит с Васей. Это невозможно посчитать с точки зрения этических систем Лефевра, потому что этот граф невозможно отобразить в виде линейной формулы.

Подобная структура не может отрефлексировать сама себя, потому что человечки, которые её населяют, не имеют возможности использовать имеющиеся у них в голове модели этики. Но "адекватность модели и реальности достигается не путём приспособления модели к миру, а путём такого преобразования мира, чтобы он соответствовал возможностям модели". Ситуация, которая этически не просчитывается, сама по себе является нежелательной. И потому её надо с минимальными затратами преобразовать в ситуацию, где структура отношений может быть представлена в виде формулы. Целью является такая структура, которая будет "теплее" окружающей среды, то есть получившаяся за счёт минимально возможных преобразований формула должна выдавать результат больше 1/2.

Но так как критерии оценки структуры в разных этических системах не совпадают (для одних конфликт - это "*", для других - "+"), то человечки с разным программным обеспечением в голове будут по-разному преобразовывать одинаково неоднозначную для них всех ситуацию.

Эта логика понятна?

Дальше будут примеры.
gunter

Dice Wars и идиографический барьер

(...)

Итак, Шлёнский и Пикитан писали следующее:

"Развитое общество именно таково -- оно сконструировано, причём с таким расчётом, чтобы противостоять попыткам нарушить его функционирование. При том в обществе, конечно, действуют и законы, аналогичные законам природы. Их можно сравнить с правилами шахматной игры. С правилами нельзя бороться, но по правилам можно играть и обыграть противника. Правила действуют одинаково для обоих игроков, но один из них выигрывает, а другой проигрывает. (...)

Можно сказать, что и в номотетическом и в идеографическом обществе действуют одни и те же шахматные правила. Но в номотетическом ходы делаются случайно, и ход игры может изучаться статистическими естественнонаучными методами. В идеографическом же обществе ходы делаются осмысленно. Для стороннего наблюдателя это должно выглядеть как странная аккумуляция случайностей. Случайности вдруг начинают работать в одном направлении".


Я хотел привести в пример Dice Wars - простенькую игру, которая стала для меня источником многочисленных прозрений о природе стратегии (1, 2). Иначе говоря, это такой пасьянс, где я сражаюсь за контроль над территорией с семью компьютерными соперниками. И делаю из этого различные выводы.

Collapse )

Так вот, поведение компьютерных противников в этой игре рефлекторное, оно описывается набором простых алгоритмов. Если на карте нет явного гегемона, компьютерные игроки действуют по принципу все против всех. Если образовался очевидный лидер, против него объединяются остальные участники. (На границе между этими двумя состояниями возможно аномальное поведение. Например: два сильных игрока по углам карты, между ними слабаки, которые атакуют только друг друга, но не одну из "супердержав".) При превосходстве или равенстве сил (с вероятностью победы в районе 45%, потому что ничьи в пользу обороняющегося), компьютер всегда атакует. И пока он имеет возможность атаковать, он будет атаковать, до тех пор, пока атака не выдохнется и не захлебнётся. Жри других, но объединяйся с ними против сильных, если только ты сам не сильный. Жри всё, что можешь сожрать. Всё понятно.

Естественно, я, будучи разумным существом, играю иначе. Я не связан примитивными алгоритмами, моя стратегия намного оптимальнее и рациональнее. Я всегда помню, что моя цель - абсолютная гегемония. И я знаю, как будут вести себя мои компьютерные противники. Я периодически делаю ошибки, поддаюсь эмоциям, меня может погубить невезение, кости есть кости. Но в целом, при всех прочих равных, я рву ботов. Фортуна помогает то одной стороне, то другой, но я способен использовать её дары гораздо эффективнее.

Вот это хорошая метафора того преимущества, которое Пикитан и Шлёнский приписывали идиографическому [придётся писать это слово таким образом - Г.Н.] обществу и его лучшим представителям. (Партии в многопользовательском Dice Wars, KDice, выглядят совсем по-другому, потому что там люди играют с людьми.)

Описание реальной партии в Dice Wars:

Я начал развиваться и обнаружил, что один из моих противников (Русский, по моей классификации) расположился на очень удобном полуострове, который обеспечивал ему надёжный тыл и базу для экспансии. Другой (Немец) вступил со мной в гонку за пожирание слабаков на основном континенте. Передо мной стоял выбор. Либо я трачу все ресурсы на борьбу с Немцем, пытаясь быстро его свалить (в результате чего Русский получит время на развитие и вторжение на континент, где его будет сложно остановить), либо я пытаюсь запереть Русского на его полуострове, сбив его на взлёте, и только после этого начинаю решать проблему Немца. Я выбрал второй вариант и нанёс удар по потенциально опасному Русскому, чтобы не дать ему развиться (именно поэтому я называю таких врагов "Русскими"). План частично удался - я запер Русского и бросился на Немца. Но Немец, тем временем, догрыз все мелкие "княжества" и начал серьёзно меня давить. Я проиграл борьбу за гегемонию. Прижавшись к канатам, из последних сил, я открыл Немцу дорогу к той затычке, которая запирала Русского. Немец её незамедлительно снёс, и тогда на него обрушился накопивший силы Русский, который, наконец-то, сумел вырваться за границы своего родного полуострова.



Я присоединился к Русскому и тоже начал пинать Немца (а иногда и Русского, чтобы он не сильно жирел). В итоге, Русский достаточно окреп, чтобы объявить себя гегемоном, и сломал Немца. А в процессе поедания Немца в боевых построениях Русского образовалось несколько слабых мест, и я смог ударить ему в тыл, разрубить Русского на части, додавить его и съесть.

Так вот, в каждом отдельном случае моя стратегия провалилась. Я не успел, не смог остановить Немца на континенте, хотя пытался. Вместо этого Немец стал гегемоном и чуть меня не убил. Я не сумел использовать войну Русского и Немца, чтобы красиво разрубить и свалить их обоих, хотя стремился к этому. Вместо этого Русскому удалось отбросить меня и прикончить Немца. Запирание Русского на полуострове было успешным ходом, но потом мне пришлось самому его оттуда доставать, потому что он был моим единственным шансом в бою с Немцем.

Но если посмотреть со стороны, с точки зрения моих виртуальных противников, мои действия могли показаться проявлением тщательно рассчитанной и иезуитски-коварной долговременной стратегии. Я запер Русского. Я скормил мелкие "княжества" Немцу, чтобы его усилить. Затем я натравил Немца на Русского и скормил Немца Русскому. А когда Русский, поглотив Немца, лопнул от перенапряжения, я по кускам съел Русского, обеспечив себе абсолютную гегемонию на континенте. Победа.

Но никакого хитрого плана у меня не было - всего-лишь понимание принципов игры и попытка действовать в соответствии со сложившимися условиями. Я проиграл все свои главные битвы, кроме первой (против Русского) и последней (против Русского), но я выиграл войну.

"Помимо системы ценностей есть и еще одно, даже более серьезное препятствие, мешающее пониманию происходящего. Если культура изучаемого объекта более высокая и тонкая, чем наша, нашего обычного понятийного аппарата может просто не хватить (или он может не подойти) для адекватного описания смысла и целей действий носителей более высокой культуры... Конспирология это в большинстве случаев взгляд низких культур на более высокие или просто другие культуры как на "лукавых византийцев"".
gunter

P.S.

Комментарий arishai к моему посту:

"Неграмотные узбекские крестьяне ничуть не хуже нас, такие же люди.
Просто у них есть только одна абилка, "личный опыт", а у нас две: "личный опыт" и "абстракции".
Чем больше абилок, тем выше эффективность адаптации к миру, тем больше возможностей.
Больше возможностей = больше свободы выбора. Больше свободы выбора = добро".


(В тему той важной роли, которую играет "программное обеспечение" в голове.)
gunter

Пролог к "серой"; основополагающие тексты

Один из священных текстов "серых" - отрывок из романа "Роза и Червь" Роберта Ибатуллина, посвящённый тенденциям эволюции Разума:

"Вот основная мысль моей лекции: в ходе эволюции организмы интегрируются, объединяются друг с другом во всё более сложные и крупные структуры. По мере того как разрастается клеточная семья, отдельные клетки в ней приобретают специализацию, клетка-матка учится производить разных потомков на основе одного генома. Так появляются полноценные многоклеточные существа, которые живут и размножаются как единое целое.

Интеграция. На первом этапе одноклеточные существа объединяются в многоклеточных. На втором – многоклеточные объединяются друг с другом. Сначала опять-таки в семьи.

Звуковая речь. Канал общения с резко повышенной информационной ёмкостью. Обмен информации между индивидами резко усилился, но и сами они поумнели, обмен информации внутри индивида всё ещё превосходил внешний. На этом этапе разумные существа ещё сохраняли индивидуальность.

Благодаря усилившемуся обмену информацией их общество становилось всё более сложным и интегрированным. Военная и экономическая конкуренция запустила естественный отбор. Семьи разрастались в кланы и племена, племена объединялись в государства.

Как правило, более интегрированные общества выигрывали у менее интегрированных.

Речь, затем письменность, затем печать. Каждое такое изобретение усиливало информационный обмен, и прогресс общества происходил значительно быстрее, чем эволюционировал мозг индивида. Общество умнело быстрее, чем отдельные особи. Прогресс носителей информации порождал всё более интегрированные общества, где индивид значил всё меньше, а структура всё больше.

Итак, чем дальше по пути цивилизации, тем более социальным становится разумное существо.

Чем дальше, тем сильнее разумное существо зависит от общества, от его техносферы и информационных сетей. Тем оно менее самодостаточно. Тем более похоже на муравья. а затем и на клетку в гигантском многоклеточном организме. Решающим этапом было появление компьютерных сетей. Обмен информацией достиг такой скорости, что превзошёл возможности обработки биологическим мозгом.

Всё большую часть работы делали компьютеры, всё меньшую – живые существа. Их функции становились всё более специализированными. Как правило, они теряли разумность, а с ней и индивидуальность, и окончательно превращались в клетки многотелого суперорганизма.

Каждый город – самодостаточный суперорганизм, многотел. Отдельные [разумные] – его клетки, компьютерная сеть – его нервная система. Некоторые из многотелов, наиболее продвинутые, развиваются до обретения разумности. Своей собственной разумности.

Многотелы-города, естественно, общаются друг с другом и конкурируют за ресурсы. Конкуренция принимает всё новые формы, но не прекращается никогда. Выигравшие многотелы вбирают в себя проигравших, и таким образом разрастаются. Интеграция продолжается на новом уровне. Как клетки некогда объединились в однотелов, а однотелы в многотелов, так теперь и многотелы объединяются в супермноготелов планетарного размера. Вся планета становится целостным организмом, в котором отдельные многотелы-города играют роль клеток. Это уже четвёртый уровень интеграции.

Обмен информацией между планетами ограничен по скорости. Поэтому супермноготелы разных планет на какое-то время вновь обретают индивидуальность. Но конкуренция между ними опять ведёт к интеграции. На пятом этапе возникает единый супер-супер-многотел всей планетной системы, и также обретает разумность.

По мере старения звезды межпланетный многотел отодвигается от неё всё дальше. Наконец он покидает красный гигант, используя давление его излучения и солнечного ветра, и колонизует соседние миры. По его субъективным часам межзвёздный перелёт длится не так уж долго – месяцы, а не века. И всё та же история повторяется на новом этапе. Межпланетные многотелы разных планетных систем интегрируются в межзвёздных многотелов, а те – в единый галактический суперорганизм".


В сериях "Южного парка"  в этот момент внизу экрана загорается надпись "Они действительно в это верят" (как в сериях про расстановку точек над мормонами и сайентологами).

gunter

P.S.

(...)

Вот образцовые влажные фантазии известного перебежчика Виктора Суворова (Резуна) из книги "Последняя республика", о том, как он помогал англичанам настраивать их стратегический компьютер:

"Но нашли меня и оторвали: есть возможность отличиться.
Вызывает большой начальник, ставит задачу: помогать инженерам тот самый компьютер перестраивать. «Я, — говорю, — в компьютерах не очень…»
А начальник отвечает, что этого от меня и не требуется: там уже шесть электронных экспертов два месяца колдуют, чародействуют — одного из Японии выписали, двоих из Америки доставили, остальные — свои. И меня к ним — великолепная семерка. Интернационал. Компьютер перестраивают на другую программу. Две недели срока осталось. Свою работу электронную инженеры крепко знают, но им нужен кто-то, кто бы фантастические военные ситуации придумывал, что-нибудь вроде войны миров: наши против марсиан или что-нибудь в этом роде. Компьютер специально создан для моделирования боевых операций. Их на всю Британию, может, всего пара такой мощи: один боевой, где-нибудь в подземелье для планирования войны, и один тут — для подготовки операторов, программистов и высшего командного состава. Если правду сказать, я не знаю, сколько их, таких компьютеров, в Британии. Просто предположение высказываю. А во всем мире (на мой взгляд дилетанта) их, может, не больше десятка наберется.
«Ты, — говорит начальник, — у нас известный чудак, и все в твою голову какие-то сумасбродные идеи приходят, парадоксальные. Нам твоих идей не понять. Но твоей способностью сумасбродствовать мы воспользуемся. Иди к электронным экспертам и выдумывай. Чтобы зря твои идеи не пропадали, иди и воюй с марсианами».
И я пошел.

Тут надо отвлечься. Отступить от темы.
Мне иногда вопросы задают насчет преподавательской деятельности. Опять же — участие в настройке военного компьютера невероятной мощи… Это для ядерной войны. Вопрос мне прямо не формулируют, но как-то связывают: лекции читаешь, учишь офицериков вражеских, и тут же — про совесть, про брошенную родину…
Вопрос понял. Отвечаю: если моя милая родина и в новом тысячелетии не откажется от идеи Мировой революции и бросится во всем мире устанавливать коммунистические порядки, так я не только вражеских офицериков учить буду и участвовать в настройке военных компьютеров, но и с автоматом в руках пойду воевать против коммунизма.
Ну а если Мировой революции не случится, если моя прекрасная родина не бросится в припадке бешенства на всех своих соседей, то мои лекции никому вреда не принесут. И компьютер тот будет мирно жужжать в прохладном подземелье.
Итак, спускаюсь я туда, где колдуют электронные корифеи. Сначала вроде с обидой — от работы отрывают. А потом сообразил: к компьютеру такой мощи в двадцатом веке вряд ли какой историк будет допущен. Слишком удовольствие дорогое. Не для игрушек такие штуки создают. И не для исторических исследований. Я не историк, я просто любитель военной истории. Но получается, что я один из всех историков, профессионалов и любителей, на всей земле в двадцатом веке имею возможность доступа к такому чуду. Через две недели, когда его полностью перестроят и отладят, таким сверчкам, как я, доступа не будет и загрузят его серьезной работой, о содержании которой можно только догадываться. А пока..."


И опять же, точно я этого знать не могу, но что-то мне подсказывает, что это была его фантазия ещё советских лет, это потом уже он "реализовал" её в Британии - просто потому, что такая фантазия идеально вписывается в советский контекст, причём именно в шестидесятые годы.

(Передвижной вычислительный центр впервые использовался во время командно-штабных учений "Днепр" в 1967 году, в которых, по его словам, принимал участие и сам Резун:

"В заключении учений «Днепр» участвующие в них войска и вся военная и спецтехника (и «Платформа» в том числе) прошли торжественным маршем по главной улице столицы Украины по киевскому Крещатику. Это была демонстрация военной мощи СССР для Европы, НАТО и Америки.
Мобильный ВЦ «Платформа» находился в районе командного пункта КШУ и активно участвовал в учении, проводя многочисленные расчёты, особенно связанные с оценкой радиационной обстановки, планирования сил и средств, расчётов по нанесению «противнику» гарантированного ущерба различными средствами (от артиллерии до авиации) и другие ИРЗ. Кроме обычных способов передачи данных и заданий на расчёты также впервые использовалось сбрасывание их спецвымпелами с вертолётов к месту дислокации ПВП «Платформа», так как вследствие «ядерного» удара давались вводные на временные потери в радиосвязи
".)
gunter

Неизвестная (мне) история военной кибернетики в СССР

Классическая сцена из фильма "Осьминожка" (Octopussy), бондианы эпохи Роджера Мура:



"American and West German forces can field at most ten armoured divisions. The British maintain only a token force. We have played out a variety of attack strategies on the new Kutuzov computer and find that a lightning thrust by ten armoured divisions from the north, and by five more through Czechoslovakia, lead to total victory in five days."

Генерал Орлов: "Американцы и западно-германцы смогут выставить максимум десять танковых дивизий. Британцы держат там только символические силы. Мы протестировали разнообразные наступательные стратегии при помощи нашего нового компьютера "Кутузов" и выяснили, что молниеносный удар десятью танковыми дивизиями на севере и ещё пятью дивизиями через Чехословакию, приводит к полной победе в течении пяти дней".

Это сцена запала мне в душу. Я даже уже писал об этом, несколько лет назад:

"...Видимо, для меня всё началось со старого фильма о Джеймсе Бонде, где генералы Пушкин и Гоголь слушали доклад о плане наступления на европейские силы НАТО, разработанном "нашим стратегическим компьютером "Кутузов". С тех пор у меня в подкорке засела концепция "стратегического компьютера", видимо, связанная с концепцией стратега, как ресурса".


Как ни странно, оказалось, что это вполне себе аутентичная советская концепция.

Из советского сборника "Проблемы революции в военном деле" (1965):

"Новшеством, намного повышающим качество управления войсками, явилось широкое внедрение электронно-вычислительных машин. Они приняли на себя множество функций, которые до этого выполнял человек: подсчёт, систематизацию, обработку необходимых данных. Скажем, вырабатывая вариант решения, командир с помощью новейшей техники всегда может хотя бы приблизительно представить себе, каких масштабов поражения противника можно ожидать, каковы будут свои потери, расход материальных средств, нормы времени и т.д.

Огромное значение применения вычислительной техники в управлении войсками несомненно. Она намного сокращает трудоёмкую расчётную работу штаба, позволяет командиру более уверенно принимать решения на бой, операцию и т.д. Однако нельзя и переоценивать роль электронно-вычислительных машин, которые выполняют всё же лишь подсобные функции. Переложить на них сбор и суммирование информации, расчёты соотношения сил, оптимальных вариантов распределения сил и средств, построения боевого порядка и т.д., командир находит новые резервы времени для обобщения данных, изучения обстановки, подготовки решения".

"Новый этап в развитии вооружённых сил и задачи обучения и воспитания войск", Маршал Советского Союза С. С. Бирюзов.

"Счётно-решающие машины дают возможность командирам в короткий срок оценивать обстановку, принимать решения, доводить его до войск, приводить в действие оружие, а в последующем – контролировать выполнение своего решения".

"Научно-технический прогресс и его влияние на развитие военного дела", генерал-полковник С. М. Штеменко.


Я вижу её следы в разных местах. Вот, например, заметка о Ботвиннике:

"Последние 30 лет жизни [т.е., примерно с 1965 года] Михаил Моисеевич посвятил себя шахматному программированию. Увы, его проект моделирования процесса мышления шахматного мастера так и не был доведен до успешного завершения. Ставка на быстродействие компьютерного «железа» в сочетании с корректировкой оценочной функции оказалась более продуктивной. Развалилось и великое государство, которое Ботвинник олицетворял".


Ведь по сути, речь о попытки создать "искусственного стратега" - машину, которая будет думать и принимать решения за счёт правильно подобранных алгоритмов, а не просто быстро-быстро считать. А в СССР шестидесятых эта тема неизбежно имела бы военный подтекст. (См. процитированный сборник.)

Может быть, я ошибаюсь, и Ботвинник не имел никакого отношения к советским попыткам создать стратегический компьютер. Да, скорее всего, это ложный след. Но ведь что-то же там было. Вот отрывок из биографии советского генерала-диссидента Григоренко:

"Был одним из инициаторов создания в академии кафедры военной кибернетики:

[Григоренко]: "Ещё в 1953-ем году я впервые услышал о работах Винера по исследованию операций в вооружённых силах. И хотя кибернетика была объявлена «буржуазной лженаукой», я направил часть сил НИО на изучение всего, связанного с этой «лженаукой». Было создано переводческое бюро, получившее указание прежде всего реферировать работы по кибернетике и исследованию операций. Лично я установил связь с академиками Акселем Ивановичем Бергом и Колмогоровым. Стал набираться конкретных знаний. Помогало нам и главное разведывательное управление генерального штаба. В общем, НИО взял это направление и вёл его, постепенно накопляя все больше данных, пока не подвёл дело к созданию в 1959-м году кафедры военной кибернетики"".


А вот из биографии моего любимого Владимира Лефевра: "В 1960-х годах, занимаясь исследованиями в области военной кибернетики, создал теорию рефлексивных игр". (А ещё он "активно участвовал в семинарах и других мероприятиях Московского методологического кружка", то есть был связан с Щедровицким.)

Сам Лефевр в интервью журналу "Вопросы философии" (1990) описывал это так:

"Щедровицкий, безусловно, ярчайшая личность, крупное явление в советской философии. Мне кажется, что по влиянию на умы в советской культуре его можно сравнить разве что с Бертраном Расселом в англоязычной культуре. Но, я бы сказал, у Щедровицкого чисто вербальное мышление, он совершенно немоделен. С ним всегда очень интересно общаться, но у него могучая воля, и он всегда пытается вас как-то свернуть... Я ощутил в конечном счете чувство освобождения, когда окончательно покинул семинар, что произошло где-то в 1963г.

Идею исследования рефлексии я заимствовал отнюдь не у него, скорее именно я был "курицей", которая снесла это "яичко" в семинаре. Формирование основных моих идей в исследовании рефлексии имеет достаточно независимую траекторию. Вкратце история эта такова. В 1962 г. я довольно случайно устроился на работу в "ящик". Это был очень интересный отрезок моей жизни, который проходил в нестандартной научной организации, где работали яркие, талантливые люди, атмосфера была творческой. Делали первый советский военный компьютер Бета-1. На экране его должна была появляться боевая обстановка...

Вокруг увлеченной моделированием молодежи было достаточно много людей, которые плохо относились ко всей этой автоматизации. В основном это были генералы и полковники-отставники, которых здесь называли "операторами", поскольку они были носителями опыта военного оперативного искусства. Вот они-то считали, что главного в машину вложить не удастся, поскольку процесс принятия решений — это сложно, это творчество; невозможно, чтобы машина когда бы то ни было сумела этим овладеть.

И я стал задумываться: как же сделать, чтобы машина могла обманывать противника, как сделать программы, чтобы они моделировали оперативное искусство? Возникла мысль, что надо построить модель человека, принимающего решения. Эта простая мысль была очень продуктивной. Если раньше я интересовался человеком несколько абстрактно, то здесь все как бы обрело свою целостность: задача состоит в том, чтобы построить модель человека вместе с осознанием им себя, своих мыслей".


По крайней мере, информация про "первый советский военный компьютер "Бета-1"" в сети есть:

"Первый в СССР подвижный вычислительный центр военного назначения
( 1963-1968 гг.)

В.П. Исаев

Доклад посвящён истории разработки и эксплуатации ВЦ для управления собственно войсками, их силами и средствами, а не оружием или военной техникой т. е. о ЭВМ военного назначения, используемой для автоматизации всех процессов управления войсками в их повседневной деятельности. Это штабная работа в обычных условиях или, условно говоря, «боевая» при проведении командно-штабных учений (КШУ) в войсках, военных округах, на маневрах и других мероприятиях.

Наличие такого ВЦ в войсках позволило бы оперативно решать на ЭВМ, конкретно возникающие информационно-расчётные задачи (ИРЗ). Конечно, для этого такие задачи должны быть заранее запрограммированы с использованием военно-математических моделей и методов. Цель решения таких ИРЗ – в поиске наиболее приемлемых вариантов действий, повышающих оперативность работы штабов и большую обоснованность принимаемых командованием решений («боевых» приказов).

Однако для этого необходимо взаимодействие командования с ЭВМ, если не в диалоговом режиме, то хотя бы в «шаговой доступности», образно говоря, имея ЭВМ «у себя под боком». А так как войска перемещаются, то и ЭВМ должна быть мобильной. Это, во-первых. А во-вторых, так как заранее априори определить круг задач, подлежащих решению в той или иной оперативно-тактической обстановке нереально, то следует вывод, что используемая ЭВМ не может быть специализированной, а должна быть универсальной по своим вычислительным возможностям.

И вот в 1960 г. Генеральный штаб ВС СССР (Генштаб) поручает ЦНИИ-27 МО – головному по автоматизации управления войсками – разработку Технического задания (ТЗ) на создание серии мобильных ЭВМ для армейского и фронтового (окружного) звена под кодовым названием «Бета». Задание, как я помню, было разработано в 1961 г. и ориентировано на Пензенский НИИУВМ, (главный конструктор (ГК) Б.И. Рамеев). Но по неизвестным мне причинам работа не началась, и дело зашло в тупик. Оговорюсь, как мне стало известно сейчас, спустя 50 лет, мобильные настоящие ЭВМ «Бета-2» (ГК А.М. Ларионов и В.И. Штейнберг, НИЦЭВТ) на базе ЭВМ «Ритм-20» появятся через 10 лет в 1972 г, а «Бета-3М» с ЭВМ А-40 («Аргон», ГК В.И. Штейнберг) в 1980 г., причём не только мобильная, но и работающая на ходу. Жаль, что только через 18 лет.

К сожалению, в 1962 г. нужной для армии подвижной ЭВМ не было ни в Минобороны, ни в стране. (...)"


То есть, в СССР 60-х существовал некий проект; он охватывал как чисто теоретические работы по тематике "военная кибернетика", так и попытку создать для них материальную базу в виде "передвижного вычислительного центра", способного решать "информационно-расчётные задачи" для поиска "наиболее приемлемых вариантов действий" и повышать "оперативность работы штабов и обоснованность принимаемых командованием решений". Именно об этом проекте упоминает сборник "Проблемы революции в военном деле". К этому проекту имел то или иное отношение Владимир Лефевр, когда он ещё работал в СССР.

Понимаете, я просто чувствую, что это было интереснейшее сплетение событий, историй, людей. Вот генерал Григоренко продвигает тему военной кибернетики, вот Лефевр обсуждает с Щедровицким проблему рефлексии, а сам думает о задаче создания компьютера, способного помочь командиру спланировать операцию; вот Ботвинник предлагает себя программистам в качестве действующей модели человека, принимающего обоснованные стратегические решения в ситуации острого противоборства с противником.

И я ничего об этом не знаю, и даже не знаю, было ли там что-то значимое на самом деле, или это был такой локальный попил грантов на советский манер.

P.S.
gunter

Записки на полях

У меня проблема. Я собрал все необходимые материалы, но теперь из них надо что-то слепить.

Нет, конечно, я могу начать подтаскивать ещё материалы, про послужной список генерала Гормана, про американцев, которые любят или которые ненавидят принцип Aufttragstaktik...

Но надо начать придавать этому какую-то форму.

В моей голове у каждого персонажа есть своя роль. Вот, например, makarovslava. Он тут не случайно. Он должен произносить определённые реплики, ну типа такой: надо понять, что советская пехота была низкокачественной и слабой. Она не могла самостоятельно решать многие задачи (которые, в принципе, пехоте по силам), или могла, но ценой запредельных потерь. Поэтому советское командование вынужденно было насыщать войска танками Т-34, которые в данном случае становились танками поддержки пехоты. Это, в свою очередь, увеличивало потери танков - но только без этих мер потери пехоты были бы ещё больше.

А на это, в свою очередь, завязан другой разговор. Когда Макаров, после моего рассказа об очередной американской компьютерной игре, возмущался тамошним образом советской пехоты, как "низкотехнологичных берсерков" (лучшая пехота в игре!), которые идут вперёд и просто уничтожают всё на своём пути. А я ему говорил, что это миф, но миф объективно существующий, и надо его учитывать. И об этом я тоже когда-нибудь напишу. Я надеюсь.

Но я отвлёкся.

Я хотел сказать следующее. Вряд ли нам завтра присвоят звание полковника, выдадут полк и предложат организовать наступление в заданном направлении, так? Большинство из нас даже в варгеймы не играет. Даже в компьютерные. (Хех, в другой жизни я хотел бы стать человеком, который умеет играть в компьютерные варгеймы, а то в этой у меня яйца недостаточно стальные.)

Речь о том, как надо изображать боевые действия. Как строить сюжет. Как их отыгрывать. Как развивать соответствующее мышление, позволяющее понять логику конфликтных ситуаций. Какие за этим стоят идеалы, и какая политика. Вот что меня волнует.
gunter

Некоторые виды деятельности доводят до Квадратной Головы, и её потом приходится долго лечить

Так, пытался сформулировать очередной пост, но тут вылезла случайная ассоциация. mortulo как-то подогнал убойную ссылку с "анекдота":

"Вводная. В конце 90-х Министерство обороны массово сокращало армию. Так как многие из увольняемых в запас капитанов и майоров были в возрасте всего-то 37-42 года и были весьма жизненно активны (не смотря на 100% седину), то посылали их на курсы открытия малого бизнеса (есть у нас в Туле такой специалист по маркетингу и малому бизнесу — Цитко Ю.А., жаль, что сейчас ушёл в депутаты — умел учить и добиться результатов: один из мужиков так целый рынок в итоге создал!) И мне при этом кое-что перепало: я пристроился учить их, как на компьютере набирать подготовленные ими бизнес-планы и распечатывать их. К слову, к учёбе бывшие операторы пультов ядерных баллистических ракет и сил ПВО относились не так как гражданские: если инструктор сказал: «Завтра прийти к 9ч00 и сделать следующее», то придут и пока не сделают — не уйдут.

Часть забавная. Итак, очередное утро. Седой как лунь усатый «дядь» возится с компьютером, что-то ищет на клавиатуре (а машины у нас были бренд-неймы, весьма нестандартные и в общем и в частности). Я подумал: «Ищет — найдёт» и легкомысленно умчался по бизнес-центру по своим делам. Прихожу спустя часа два: усатый «дядь» уже не ищет, он просто сидит, смотрит на клавиатуру и по виду понятно, что порвать готов её на запчасти, вместе со всем американским правительством. Подбегаю, глажу по руке, всеми силами успокаиваю. Спрашиваю: «Что случилось?» Отвечает: «Эти... гады... вероятные противники... запятую... на клавиатуре... запихали... куда-то...» (матерные слова и выражения пропускаю). Оказывается, на клавиатуре была не правильно маркирована русская запятая и, вместо того, чтобы прощёлкать все клавиши по порядку без шифта, а потом с шифтом и найти, на какой же клавише находится русская запятая, он искал её глазами. А она оттуда не набиралась! Переключаться же на английский он не хотел принципиально — язык противника!

Часть грустная. На выпускном у них я вспомнил этот случай — дескать, забавно! И кто-то уже другой мне объяснил: «Я пятнадцать лет сидел в катакомбах на глубине 100 метров. И каждый день отрабатывал все пуски ракет и низколетящие цели. При этом я знал, что если будет нужно, то ту проклятую Кнопку я нажму, не задумываясь. А после этого ответным огнём противника будет заблокирован мой выход наверх навсегда. Как же я могу переключаться на Их язык ради какой-то запятой? И как же я могу щёлкать кнопки какие-попало?» Вот такая вот получилась грустная история с сединою на висках".


Даже если сказка-ложь, то в ней всё равно НАМЁК.
gunter

Читая фантастику

Насколько я помню, у нас уже должны были быть разумные компьютеры и человекообразные роботы (...и ядерное пепелище).

Эх вы! Променяли Скайнета на интернет и бложики!
gunter

Безделушка и киберпанк

Карты говорят, что сегодня ночью мне выпадает дальняя дорога (ну, не такая уж и дальняя :)). А кончики пальцев как раз сегодня захотели что-то написать. И так бывает.

Ну вот вам клип для создания киберпанковского настроения:



На самом деле, я тут как раз недавно думал о киберпанке. Киберпанк связан с одной из моих глобальных тем, и не потому, что киберпанк (как стилистика), а потому что /*поднимает палец*/ шестой контур Лири! Хакерская парадигма! Вот так-то.

Ну ладно :). Возьмём схему gimli_m (1, 2, 3).

[Она меня, кстати, по-прежнему радует. Одно то, что у-ся - это совершенный воин, и при этом он рифмуется с ниндзя и разведчиком! А самурай - с киллером и снайпером. Мастер двуручника охватывает диапазон от берсерка до пулемётчика, и т.д.. Люблю забираться в смысловые глубины.]

Что там есть? Если у-ся - это центр, то пехотинец с самураем образуют ось "коллектив" - "индивидуальность". Которой перпендикулярна ось зольдата и гоплита - "быстро победить" - "долго воевать".

Или, с другой стороны, специализации четырёх внешних типов можно свести к неизбежной матрице. Пехотинец - организация против организации, самурай - уникум против уникума, гоплит - организация против уникума, зольдат с цвайхандером - уникум против организации. У-ся - уникум и совершенный воин.

Последнее уже можно наложить на сюжетную схему традиционного киберпанковского произведения.

Пехотинец - "все способности направлены на работу группы против группы" - это сотрудник корпорации. Он обеспечивает работу системы, поддерживает сеть на плаву и специализируется на взаимодействии с другими корпорациями. Когда-то именно эта система оказалась наиболее эффективной и поглотила все другие системы (корпорации подчинили себе правительства). При этом, сотрудники корпорации теряются, когда сталкиваются с чем-то уникальным и индивидуальным, они склонны недооценивать человеческий фактор и решать проблемы за счёт ресурсов и техники.

У-ся - "способности рассчитаны на работу против неумелой толпы, или одного умелого противника" - совершенный хакер. Подчиняет себе любую слабо защищённую систему, способен на равных состязаться с другим хакером.

Самурай - "большая часть способностей рассчитана на работу одного против одного" - специалист по кибер-дуэлям, сетевой киллер. Герой смотрит в экран, где компьютер создаёт для него виртуальную модель происходящего; его аватар мчится по киберспейсу, прорываясь к массивам данных, а вокруг роятся враги, наёмные кибержокеи корпорации. Неужто на хвост ему сел сам Дмитрий, ас-программер из Совблока? Герой быстро сгружает на свой аватар лучшие боевые программы, правит их на лету, играет соло на клавиатуре. Но он допускает фатальную ошибку - у врага был компьютер новейшей модели! Экран дисплея вспыхивает и гаснет. Герой устало откидывается в кресле. Его сожгли".

Гоплит - "во поле гоплит, с конём колесничий, с рыцарем сержант. Сочетает в себе способности группы против группы и умение в паре быть сильнее любого одного другого персонажа" - многосторонний спец по компьютерной безопасности, обычно работает на корпорации в качестве частного подрядчика. Крайне полезен в качестве "второго номера". Пара таких способна вычислить и обезвредить даже самого крутого хакера.

Зольдат с двуручником - "один такой обходит двоих любых других, но недолго" - специалист по взлому сетей, который активно юзает нейроимпланты и/или стимуляторы. Способен сжечь сеть, если до этого не сожжёт себе мозги.