Category: наука

Category was added automatically. Read all entries about "наука".

gunter

Ламарк об эволюции человека

Из тех вещей, которые меня, почему-то, поражают.

Пушкин мог знать о неевклидовой геометрии Лобачевского. Он мало бы что в ней понял, но всё равно, он был современником Лобачевского. В 1834 году в Петербурге вышла статья с резкой критикой Лобачевского, она могла попасться на глаза Пушкину, в этом не было бы ничего невозможного. Может, существует реальность, в которой Пушкин откликнулся в стихах на идею неевклидовой геометрии.

Но речь не о том, речь об эпохе. Например, Пушкин мог читать про происхождение человека от обезьяны, у него была физическая возможность познакомиться с такой гипотезой. "Философия зоологии" Ламарка вышла в 1809 году, и там уже излагается теория эволюции. Понятно, что русского перевода тогда не существовало, но Пушкин свободно читал по-французски.

Вот что писал Ламарк про возможность происхождения разумного существа от обезьяны (Quadrumana):

Collapse )

(Если что, Ламарк знал про шимпанзе, и справедливо относил его к самым "развитым" и человекоподобным животным: 




"Оранг" для него означало то, что мы сейчас называем "человекообразной обезьяной". Так что у него были необходимые элементы мозаики, наши ближайшие неразумные родичи из ныне живущих видов.)

Мне нравится, что Ламарк постулирует неизбежность ощутимого "разрыва" между разумным видом и его животными предками-сородичами, потому что все промежуточные формы неизбежно окажутся конкурентами, обречёнными на вытеснение и вымирание. Живущие в лесах человекообразные обезьяны могли выжить, и выжили; но у саванных гоминидов шансов не было. Можно сказать, что этот вывод имеет ксенологическийй смысл: подобную логику можно применить и к выдуманным разумным видам.
gunter

Тетраксис для курий

...

Не совсем тетраксис, конечно. Но курии любят число шесть, оно для них культурно значимо, поэтому шесть уровней.

1. Курии, как вид. Все курии - это курии, генетически. Тривиальное утверждение, но бывают исключения.

2. Два пола. У курий два биологических пола - тот, кто оплодотворяет яйца, и тот, кто производит и откладывает яйца. Самцы и самки. Это не трейвы с их инициирующей, активирующей, оплодотворяющей и вынашивающей особями, где дети собирают генетический материал от всех участников цепочки.

3. Три социальные категории. Все разумные курии, курии в полном смысле слова, являются либо яйценосами, либо недоминантами, либо доминантами.

4. Четыре типа яиц-зародышей, которые производит самка-яйценос. Носители, доминанты, недоминанты, яйценосы. Носителей, очевидно, больше всего, так как они требуются для производства всех трёх категорий курий в полном смысле слова. Про соотношения яйценосов, доминантов и недоминатов ничего сказать не могу. (Кроме того, что соотношение полов по версии самого Нормана, или у Пол-Уха в пересказе Тарла - доминантов больше, чем яйценосов и недоминантов вместе взятых - кажется мне биологически сомнительным.) 

5. Пять вариантов жизненной истории. Короткая и печальная жизнь безмозглого носителя, жизнь яйценоса, жизнь недоминанта, жизнь доминанта и жизнь криптодоминанта, который родился и прожил часть жизнь недоминантом, а потом "перещёлкнулся" в доминанта.

6. Шесть психологических стереотипов; естественно, в моей трактовке, где импринтинг играет важную роль в психологическом созревании юной курии. Соответственно, любая из трёх родившихся категорий может запечатлеться либо на недоминанта, либо на яйценоса, и сами курии, надо полагать, выводят из этого какие-нибудь важные различия, даже если статистика этого не подтверждает.
gunter

Довесок-1

Первая этическая система, этика компромисса. Лучший вариант развития событий в неоднозначной ситуации - "Изоляция агрессора", когда все элементы, сохраняя существующие между ними противоречия, объединяются против одного, общего для всех врага. "Агрессором" назначается тот элемент, у кого окажется наименьшее число дружественных связей, чтобы было проще разорвать оставшиеся (проще говоря, союзники должны его предать). При невозможности реализовать оптимальный вариант, в ход идёт "Регулируемый конфликт", когда образуются пары аккуратно борющихся друг с другом противников, но действует принцип "друг моего врага - мой друг". 

Вторая этическая система, этика конфликта. Лучший вариант развития событий в неоднозначной ситуации - "Связь через общий центр", когда все элементы, сохраняя существующие между ними противоречия, объединяются вокруг одного, общего для всех союзника. "Центром" назначается тот элемент, у кого окажется наименьшее число конфликтов с остальными, чтобы было проще погасить оставшиеся (враги должны с ним помириться). При невозможности реализовать оптимальный вариант, в ход идёт "Деление на два лагеря", когда образуются два предельно антагонистичных альянса, и действует принцип "друг моего врага - мой враг".


Это важно, поэтому я решил ещё раз это подчеркнуть.

Легко заметить, что Первая этическая система легко может привести (и приводит) к травле одного многими. Если кто-то оказался Кевином Спейси, все должны быть против Кевина Спейси. По крайней мере, так ведут себя "обыватели" Первой этической системы, элементы, лишённые способности к рефлексии. Героическое поведение противоположно обывательскому.

Но надо хорошо понимать, почему структуры Лефевра так себя ведут. Структура - это не Герой. У неё нет разума. Это примитивный механизм, машина. Мы загрузили в неё некие основополагающие принципы. Например, "Добро сильнее Зла". Это аксиома Первой этической системы. Если будет конфликт между Добром и Злом, Добро победит. А задача структуры - производить Добро. Структура состоит из элементов, которые, под влиянием среды, склоняются в ту или другую сторону, и повлиять на них структура не может. Но если она противопоставит все элементы одному-единственному, то во всех случаях, когда этот единственный элемент случайно окажется Добром, Добро победит и структура "поднимется". Пусть даже сам элемент будет физически уничтожен, Добро всё равно победит (см. случай с Христом).

Обыватель внутри структуры пытается сделать своё окружение более комфортным. Поэтому он принимает участие в общей борьбе с "агрессором", с паршивой овцой и коллективным козлом отпущения. А "мотивация" структуры в целом совсем иная, структура болеет за изгоев, и каждый отдельный обыватель является лишь проводником этой призрачной общесистемной воли.

То же самое происходит во Второй этической системе, только там аксиомы другие. Когда обыватель оказывается заперт в одном из двух враждующих лагерей, он твёрдо знает, что "как два различных полюса, во всем враждебны мы, за свет и мир мы боремся, они - за царство тьмы". Логика же самой структуры совершенно иная. Программа гласит, что цель оправдывает средства, потому что Зло сильнее Добра, иначе Добру не пришлось бы использовать методы Зла и соглашаться на союз со Злом. Честный бой Добро проиграет. Но жёсткие связи внутри структуры (единство, единомыслие, дисциплина) производят Добро. Противопоставляя друг другу два монолитных союза, структура рассчитывает на то, что внутри каждого лагеря, с обеих сторон, победит Добро. А борьба Добра с Добром, хорошего с лучшим, порождает Добро.

И зеркальное отражение тех же принципов:

Вторая этическая система стремится связать все элементы через единый центр, потому что если центр окажется Добром, то и вся структура в целом будет производить Добро.

Первая этическая система готова использовать два отдельных ограниченных конфликта, участники которых дружат между собой, потому что конфликты и гибкие связи производят Добро, а союз Добра и Добра - это, очевидно, Добро.
gunter

Мантикоры, ч.2

Далёкие предки мантикор на своей родной планете были мелкими представителями очень успешного и влиятельного класса/отряда.

Их колонизировавший сушу прародитель был рыбообразной амфибией с тремя парами ласт-плавников. На нашей земле общий предок всех амфибий, пресмыкающихся, зверей и птиц имел четыре конечности с пятью пальцами на каждой. У курий - четыре конечности и шесть пальцев. Так как мантикоры - это "антикурии", я присвоил им шесть конечностей, четыре пальца. В том числе, следуя современной традиции изображать мантикор четвероногими крылатыми существами.

Для описания того, что представляли собой их предки и родичи, я бы позаимствовал различные безумные концепции происхождения птиц с сайта Даррена Наиша Tetrapod Zoology. Потрясающий сайт, потрясающий автор, интересный как сам по себе, так и своим сотрудничеством с турецким художником К.М. Косеменом (которого некоторые всё ещё помнят под ником Nemo Ramjet). Даррен Нэш обожает различные извратные биологические концепции, и я его полностью понимаю.

Вот, например, Haematothermia, гипотетический общий предок млекопитающих и птиц, который являлся мне в моих кошмарах. В этой твари есть что-то невыразимо мёрзкое. Слава богу, что подобное существо никогда не существовало на нашей планете! Подчёркиваю, это сугубо фрическая концепция, согласно которой птицы ближе к млекопитающим, чем к кому бы то ни было ещё. С точки зрения современной науки, птицы - это потомки динозавров, рептилии, которые ближе к крокодилам, чем к людям. Но была малопопулярная и крайне неортодоксальная гипотеза, которая в одну корзину клала всех холоднокровных рептилий, голокожих, чешуйчатых, а в другую - небольших теплокровных существ с активным метаболизмом, покрытых протошерстью. Они прыгали по веткам, жрали насекомых и всё, что им попадалась. Часть из них научилась летать, отрастила клюв и перья, и стала птицами, а часть спустилась с деревьев и стала млекопитающими.

Или вот, например, Birds Came First, опять же, совершенно еретическая гипотеза Джорджа Ольшевски. Не птицы произошли от динозавров, а динозавры произошли от птиц. Существовала древняя (пермско-триасская) непрерывная линия "протоптиц", "диноптиц", мелких рептилий, которые очень давно и очень рано приспособились к жизни на деревьях, и постепенно вырабатывали соответствующие адаптации - когтистые лапы с пальцами, которыми удобно хвататься за ветки, перья, способность к прыжкам, планированию, позже - к полноценному полёту. Птицы - прямые потомки этих существ. А все известные нам динозавры - боковые ветви, двоюродные братья птиц, которые периодически спускались на землю, адаптировались к новым экологическим нишам и порождали крупные наземные формы.

Всё это, в свою очередь, является намного более радикальной и укуренной версией гипотезы, согласно которой манирапторы - это "вторично нелетающие" птицы, происходящие от мелкого летающего предка, похожего на археоптерикса.

Наконец, есть вполне известная концепция, согласно которой птицы - это "неотенические динозавры" (birds may be paedomorphic dinosaurs). Её более радикальная версия состоит в том, что некоторые динозавры начинали свою жизнь в качестве мелких, покрытых перьями, крылатых детёнышей, которые умели карабкаться по деревьям, прыгать, планировать и даже летать. Это позволяло им спасаться от хищников и осваивать недоступные для взрослых экологические ниши. А по мере взросления они набирали вес, отращивали взрослые зубы, утрачивали способность к полёту, сбрасывали большую часть оперения и превращались во взрослых динозавров. Птицы, таким образом, это личинки динозавров, которые перестали расти и научились откладывать яйца.

***

Вот это вполне можно использовать для нашей планеты протомантикор. В том классе и отряде, к которому принадлежали мантикоры, все эти вещи случались, и не раз. Это были инопланетные аналоги рептилий с тенденцией к теплокровности, которые карабкались по деревьям, используя передние и задние лапы. Средняя пара конечностей адаптировалась у них для подачи сигналов собратьям и брачной демонстрации: с удлинёнными пальцами, ярко-окрашенными кожистыми складками и так далее. Часть видов стала использовать средние конечности для планирования, потом для полноценного полёта. Часть стала адаптироваться к нише полноценных летающих существ, развивая крылья и постепенно редуцируя переднюю пару лап, чтобы уменьшить лишний вес. Часть из них потом перешла к наземному образу жизни и стала аналогом нелетающих птиц. Часть спустилась на землю очень рано, породив самые разнообразные четвероногие формы. У части этих форм детёныши были мелкими и летающими, а взрослые особи - очень крупными и сугубо сухопутными, с мелкими бесполезными крылышками. Короче, аналоги наших динозавров, птиц и млекопитающих, в одном флаконе.

Collapse )

Естественно, при таком наборе качеств я бы ожидал, что перед нами будет не просто вершина пищевой цепи, а ещё и keystone species, экосистемные инженеры-эдификаторы. Крупный носитель, естественно, вредит дереву, на котором он паразитирует (но всё-таки старается его не погубить, в интересах будущих поколений). Какие-то живые существа обязаны использовать брошенные носители в качестве пищевого ресурса, оздоровляя деревья. Эти существа, так или иначе (через цепочку других существ, возможно) должны приносить пользу деревьям и лесному сообществу в целом, увеличивая количество животных, которых едят мантикоры. Мантикоры, так или иначе, должны обеспечивать распространение и успех деревьев, на которых паразитируют их носители. Вылезающие из носителя детёныши могут разносить семена дерева-хозяина, или что-то такое. 

[Насчёт разума я всё всё ещё не уверен, - зачем им Разум?! - но на той стадии, которую я описываю, это уже очень умные и сложные звери.]
gunter

Антикурии (материалы)

За время обсуждения моей модели курий я получил в комментах определённое количество реплик, в диапазоне от тех, с которые я считаю ошибочными, до тех, которые я считаю укуренных. Был там один комментарий, после которого количество перешло в качество. Мне захотелось придумать вид, который будет объединять в себе все гипотезы насчёт курий, с которыми я несогласен, одновременно.

Правда, у меня всё время получились очередные грёбанные Чужие, ксеноморфы. Очень сложно от них уйти. С заявленными качествами эти существа точно укладываются в основную последовательность. О какой последовательности речь? Есть ксеноморфы первого поколения, канонические, по цепочке Гигер-Ридли Скотт-Кэмерон. Мало кто считает Королеву Чужих Кэмерона неканоничной, хотя по изначальной версии "Чужого", взрослый ксеноморф ловил людей и превращал их в новые яйца с лицехватами. Попытка создать ксеноморфов второго поколения - это фильм "Особь" (+ вторая часть), где тоже использовался дизайн Гигера. Третье поколение - это Дрен из фильма "Химера" ("Splice"). И это всё равно лучше, чем "перезапуск франшизы", который Ридли Скотт попытался устроить в "Прометее".

[Естественно, антикурии не похищают генетический материал людей и не нуждаются в людях для размножения, я говорю об общем впечатлении. ]

И так как речь шла о существах, которые не должны быть похожи на курий, которые вызывают неизбежные ассоциации с ксеноморфами, и у которых есть длинное гибкое жало, позволяющее им жалить самих себя, я решил назвать их мантикорами, а затем плясать от этого, имени, как от печки (антикурии - мантикурии - мантикоры).

Collapse )

(продолжение следует...)
gunter

"Их профессура готова к бою, а наша только и может смотреть в микроскопы и бабочек ловить!"

Наверное, я не люблю Толстого в том числе потому, что наш школьный учитель литературы, мэтр Левитов, говорил нам: "Толстой разоружил русскую интеллигенцию". Люди, поверившие в Толстого, становились менее эффективны, утрачивали способность хоть в какой-то степени влиять на происходящие вокруг события.

Россия в начале 20 века проиграла подряд Русско-японскую, Первую мировую и Гражданскую войну. А теперь посмотрим на различные культурные факторы, и спросим себя, что из этого работало на победу (просто сил не хватило), а что - на поражение? Толстой для меня относится ко второй категории, он "разоружал".

kitowras пишет на вечную тему, Русско-японская война: 1, 2, 3, 4.

"- проблемы с подготовкой и образованием. Почти все исследователи отмечают высокий образовательный уровень русских морских офицеров и их неплохую морскую подготовку. Сам факт нахождения мощного российского флота на Тихом океане и переброска туда отрядов и целых эскадр тому подтверждением. Заметно хуже обстояло дело с подготовкой в области военного дела. В Морском корпусе учили тактику, но потом об этом курсе на службе не вспоминали. Был перечень задач, а точнее - упражнений, которые надо было выполнять и не более того. + частые переводы офицеров с корабля на корабль. Т.е. стабильных экипажей не было не только среди матросов (призывы увольнялись), но и среди офицеров. Что явно проблема организации службы.

- отсутствие тяги к риску и инициативы. Храбрости умереть за Государя и Отечество хватало. А вот азарта выкинуть нечто нетривиальное, любой ценой ущучить противника - недоставало. У лейтенантов и молодых кавторангов - это иногда пробивалось. Но у командиров кораблей 1-го ранга - почти никогда".

"И вроде бы все было как у всех, а что-то даже и лучше...

- разработка теории и тактики боевых действий, розыгрыш будущей войны на карте. И это было. Занималась этим Николаевская морская академия, на отделении военно-морских наук. Результаты игр и тактические наработки были весьма интересны,

НО (!!) никак не были использованы для подготовки флота к войне. Флагманы предпочитали либо свои завиральные идеи (вроде С.О. Макарова), либо вовсе не имели идей никаких. Сама Академия готовила хороших специалистов, но они не были востребованы как офицеры генерального штаба в армии.

- У теоретиков и адмиралов порой рождались важные мысли на тему, какой флот и для чего нужен России. Собственных Мехемов, конечно, не было, однако, о смысле и предназначении флота думали.

опять же НО (!!!) это было личным делом адмиралов и теоретиков. Понятно, что так было почти везде, но в России относились к подобным трудам совсем уж несерьезно. Как к адмиральскому хобби. Причем, относились и сами авторы трудов".

"Проблема осознавалась, но лидера, который обладал бы ясным разумом, чтобы предложить ее решение, а еще энергией и дипломатическим тактом, чтобы его провести, среди наших адмиралов не нашлось.

Отсутствие структуры привело к отсутствию системы в управлении флотом. В комментариях к предыдущему постингу указали, что де плана войны с Японией у флота не было. Это не совсем так. План в общих чертах был - сосредоточить на ТВД такую силу, чтобы японцы трижды подумали, начинать ли им войну вообще (не получилось, смогли собрать только равные силы), если война начнется - не допустить высадку японской армии в Корее, действуя одновременно из Артура и Владивостока с переброской кораблей с Балтики и Черного моря.

О сражении с японским флотом не думали, потому что его боеспособность оценивалась весьма низко (что было ошибкой, но ошибкой объяснимой, ибо за пять лет до начала войны сражаться было не с кем).

Но комментатор прав в том, что план был именно в общих чертах - всем все вроде как понятно, но конкретного документа с четким указанием "ди эрсте гешвадер плывет, ди цвайте гешвадер плывет" - не было".


Короче говоря, все эти многочисленные золотопогонные люди не хотели и не собирались побеждать. Они не готовы были использовать разум, главное оружие воина. Они не любили хаос.

И это, конечно, не вина Толстого. Но рассуждая по совести, каких людей хотел воспитать Толстой той же "Войной и миром"? Таких, кто поверил бы в бесполезность умных планов, умной подготовки, умного ведения войны. Тех, кто твёрдо выучил бы - ничем управлять нельзя, ничего угадать нельзя, пусть всё катится, как катилось, авось всё и вырулит куда-нибудь, всё в руке божией, сила народная сама всё решит, аминь. Откуда у таких людей возьмётся воля к победе, тяга к риску, азарту, проявлению инициативы? 
gunter

Продолжая с темой "что в нас заложено"

Норман сложнее, чем карикатура на Нормана, которую мог бы нарисовать, например, я. О чём он тут пишет, в чём его идея?

Допустим, однажды существовал идеальный мужчина, сексуальный агрессор, воин и охотник. Который выследил предпочтительную партнёршу, поймал её, укротил и заставил подчиняться, как Петруччо Катарину. И в этой ситуации женщине было выгодно подчиниться альфа-самцу, смирится с этой ситуацией и даже получать от неё определённое удовольствие, как Катарина с Петруччо. Доля мазохизма, покорность своему мужчине и признание его эксклюзивных сексуальных прав оборачивалась репродуктивным успехом. А "бесполезных" эмансипированных женщин прогоняли на мороз, или даже убивали, или им приходилось довольствоваться самыми жалкими и низкосортными самцами, которых они всё равно не любили, не уважали и не хотели рожать им детей, а потому их репродуктивный успех был низким.

Но, пишет Норман, что будет дальше? Если мазохизм оказался выгоден матери, то она передаст генетически обусловленные особенности темперамента своим детям, обоего пола. "Мужчина, являвшийся, вероятно, агрессивной стороной в сексуальных отношениях, без сомнения, сформировал биологическую природу женщина, а этим, через неё, и свою собственную... Если мужчины были склонны выбирать женщин, которых можно было бы воспринимать в качестве добычи, то этим они, в свою очередь, прививали бы женщинам определённые мазохистские наклонности. Естественно, одновременно они прививали бы те же наклонности себе". Понимаете, да? По-другому это не работает.

"Эти качества могли способствовать выживанию. А если и нет, то они, возможно, были связанны с теми качествам, которые способствовали выживанию... мазохизм с покорностью авторитету".

У женщины, которая предпочла покориться, будут рождаться более спокойные и более склонные к компромиссу сыновья. Готовые подчиняться властям и даже получать определённое удовольствие в ситуации, когда Начальство их имеет. А это позволит создавать более сложные социальные структуры, и привет, цивилизация. Если мы попробовали бы вывести агрессивных мужчин и скромных женщин, у нас бы заодно рождались скромные мужчины и агрессивные женщины. Норман, как убеждённый switch, пишет о том, что мы все носим в себе как садистскую, так и мазохистскую природу, и мужскую, и женскую, и гетеросексуальную, и гомосексуальную. Это в наших генах, это те роли, которые мы способны играть, наши унаследованные через кровь и культуру программы, маски. И это и есть мы.

Помимо прочего, вот эта тема, взаимозависимость таких вещей, то, что наследственность охватывает оба пола, то, что признаки по разному проявляются в разных ситуациях, она меня всегда интересовала.

"Британские биологи, изучающие уникальную популяцию одичавших овец с острова Соэй, нашли ответ на вопрос, долго мучавший теоретиков: почему в популяции сохраняется наследственная изменчивость по размеру рогов, если известно, что самцы с большими рогами из года в год оставляют больше потомства, чем короткорогие? Казалось бы, половой отбор давно должен был обеспечить всех самцов большими рогами. Разгадка оказалась в противоположном действии полового и «обычного» естественного отбора на ген RXFP2, влияющий на развитие мужских половых признаков у людей, мышей и баранов. У овец есть два аллельных варианта этого гена: Ho+ и HoP. Аллель Ho+ способствует росту рогов и поддерживается половым отбором: в период осеннего гона большерогие самцы с генотипами Ho+/Ho+ и Ho+/HoP побеждают в конкуренции за самок. Однако в зимнюю бескормицу естественный отбор работает против аллеля Ho+: самцы с генотипом Ho+/Ho+ имеют наименьшие шансы пережить зиму. В итоге максимальную приспособленность имеют гетерозиготы (Ho+/HoP), чем и объясняется устойчивое сохранение обоих генетических вариантов в генофонде...

Еще одна возможность связана с выбором партнеров по признакам, зависящим от очень большого числа генов. Такие признаки могут служить надежными «индикаторами приспособленности» как раз потому, что для их развития необходима слаженная работа множества генов. Например, есть мнение (см.: Geoffrey Miller, 2000. The mating mind), что у наших предков в роли «честных» (трудноподделываемых) индикаторов качества генов выступали интеллект, чувство юмора, лингвистические и творческие способности. Для всего этого необходим эффективный мозг, развитие которого требует слаженной работы тысяч генов. Мутационная поломка любого из них может сказаться на результате. Довести такой мультигенный признак до фиксации (например, чтобы все стали одинаково остроумными и музыкальными) очень непросто даже при помощи сильного отбора. Полиморфизм сохранится в популяции даже в том случае, если, скажем, удачные шутки или красивое пение будут сильно повышать репродуктивный успех".


Или вот, моё любимое:

"Некоторые гены полезны одному из полов, но вредны другому. Например, аллели (генетические варианты), повышающие уровень тестостерона, могут способствовать репродуктивному успеху самцов и одновременно снижать плодовитость самок. Эксперименты на рыжих полевках показали, что такие аллели могут находиться под действием частотно-зависимого отбора. Доминантные самцы полевок с высоким уровнем тестостерона оставляют больше потомства лишь в том случае, если таких самцов в популяции не слишком много. Избыток доминантных самцов ведет к тому, что больше потомства начинают оставлять самцы с низким уровнем тестостерона. Благодаря частотно-зависимому отбору аллели, способствующие высокому и низкому уровню тестостерона, сосуществуют в генофонде популяции, не вытесняя друг друга...

В лабораторных условиях самцы с высоким уровнем тестостерона почти всегда побеждают других самцов в прямой конкуренции за самку. Однако эти же самые аллели снижают плодовитость самок. Это видно из того, что сестры доминантных самцов в среднем значительно менее плодовиты, чем сестры недоминантных самцов...

Известно немало случаев, когда одни и те же аллели влияют на репродуктивный успех самцов и самок противоположным образом. Такие аллели называют «сексуально антагонистическими» (sexually antagonistic alleles). Например, предполагается, что некоторые аллели, способствующие гомосексуальности у мужчин, повышают репродуктивный успех женщин — чем и объясняется тот «парадоксальный» факт, что эти аллели устойчиво сохраняются в генофонде несмотря на резко пониженный репродуктивный успех гомосексуальных мужчин".


Если мужчина будет разбираться в одежде и мечтать о том, чтобы оказаться в объятиях мускулистого и загорелого самца, его репродуктивный успех, вероятно, будет не очень высок. Но те же качества "отобьются" на его сестре, так как они повысят её приспособляемость (через количество оставленных потомков). Агрессивная доминантная самка, гоняющая самцов, окажется плохой матерью, и детей у неё будет мало. Но те же качества, доставшиеся мыши-самцу, могут помочь ему оставить больше потомства. Зато когда таких агрессивных самцов станет слишком много, они будут тратить все силы на разборки между собой, и сами себя отбракуют. Всё так или иначе уравновешивается.

Те же шалашники, на которых я уже ссылался. Самцы строят брачные шалаши и украшают их яркими предметами, чтобы привлечь самку. При этом, эти шалаши у шалашников играют сугубо декоративную роль, гнездо для высиживания яиц самка строит сама. Я не биолог, но может же быть так, что способность самки строить гнёзда "записана" у них там же, где и способность самца строить шалаши? То есть, самке грозила потенциальная опасность оказать предпочтение самцу, в генах которого эта биологическая программа строительства гнёзд нарушена. На самом самце это никак не скажется, но это фатально подействует на будущее потомство самки, её дочери или внучки будут вить плохие гнезда и не смогут высиживать в них яйца. А если самец строит качественный шалаш, то, очевидно, у него гены хорошие, вся система в порядке, и его дочери смогут свить крепкие гнёзда.

Свой интерес к этим вещам я попытался выразить в гипотетической модели трейвов, как расы. Декстру нужна тщательность и интеллект, чтобы строить хорошие гнёзда и чинить всё, что ломается. Искру нужен интеллект, чтобы распознавать качества декста - умный декстр построит хорошее гнездо, нельзя выводить детей в плохих гнёздах. Кэрри нужен интеллект, чтобы помогать декстру и защать потомство. И так далее. Запустилась обратная связь, и с каждым циклом размножения трейвы становились всё умнее и умнее.

Как-то я видел по телевизору репортаж о работе фермы, которая готовит бычков для португальской корриды. В португальской корриде быков не убивают, но они всё равно должны быть злыми и на всех кидаться. Так вот, если верить показанному сюжету, работники на таких фермах устраивают корриды с коровами, чтобы оценить их качество. Никто, естественно, не собирается выпускать коров на арену. Но чтобы получить бодливого быка, мало иметь одного только агрессивного производителя, надо ещё подобрать для него такую же бодливую корову, вот тогда есть хорошие шансы на рождение телёнка с необходимыми качествами. И это так верно! Я это запомнил на всю жизнь.
gunter

Игра в ксенобиологию

Как могла возникнуть репродуктивная схема, где вид существует в виде двух совершенно различных форм, одна из которых подвижна, разнопола и обладает высшей нервной системой, а вторая неподвижна и не имеет всего этого, но необходима для выведения потомства, потому что именно в неё откладывают яйца?

Я про курий с их "носителям". 

Вопрос в том, являются ли носители одноразовыми или многоразовыми. Вернее, так: выводятся ли сами носители посредством носителей? Если выводятся, что, очевидно, что носители многоразовые (иначе бы мы тратили один носитель на производство одного носителя, а это тупик).

Я склонен считать, что носители, скорее, одноразовые. Норман имел в виду многоразовость, потому что в английском тексте сказано: "It will, however, usually follow, unless it itself is a blood-nurser, which is drawn out, the first Kur it sees, providing it is either an egg-carrier or a nondominant". В русском тексте этот момент эпически опустили: "Между тем выбравшись из кормильца, маленький кюр тут же привязывается к первому попавшемуся взрослому кюру, лишь бы это не был доминант". (В оригинале говорится, что носителя "вытягивают" из родительского носителя, так как сам он выползти не может, будучи лишён способности к самостоятельному передвижению.)

Поэтому, из-за инициативы русского переводчика, который самостоятельно решал, какую информацию русским читателям надо знать, а какая явно лишняя, я строил схему, исходя из одноразовости носителей. Но так как моя схема нравится мне самому, её я и взял за основу.

***

Но я всё равно накатал вариант с многоразовым носителем. Далёкая предковая форма выглядела примерно так:



Это асцидия, оболочник, они же личинкохородовые:

"Асцидии являются хордовыми животными, то есть на определённых стадиях развития у них есть схожие органы, такие как стержнеобразная опора в спине (хорда), из которой у позвоночных впоследствии развивается позвоночник. Хорда образована сильно вакуолизированными клетками. Однако признаки хордовых у асцидий наблюдаются лишь в личиночной стадии, в которой они почти полностью совпадают с личинками позвоночных.

Тело асцидий покрыто оболочкой — туникой, которая имеет сложное строение. Снаружи она одета тонкой, но твердой кутикулой, под которой лежит слой клеток, содержащих туницин. Это единственный случай образования клетчаткоподобного вещества в животном организме. Под туникой лежит кожно-мускульный мешок, состоящий из однослойного эпителия и сросшихся с ним поперечных и продольных мускульных мешков.

Также у асцидий в личиночной стадии есть зачаток мозга, который, однако, полностью исчезает у взрослого животного и остаётся лишь так называемый ганглий, сгусток нервов. Он связан с нейральной железой (гомолог гипофиза позвоночных), открывающейся в глотку. Также, у личинок асцидий есть хорда. Поэтому предполагается, что первые хордовые могли появиться из неотенических личинок каких-то древних асцидий. Ганглий имеет способность к регенерации.

Асцидии являются гермафродитами, некоторые из них практикуют самооплодотворение.

Через специальное отверстие асцидии всасывают воду в специальную полость, где из воды фильтруется пища. После этого фильтрованная вода выделяется через другое отверстие...

По одной из версий, личиночная форма организмов, сходных с асцидиями, могла дать начало ветви хордовых животных".


Личинка - понятное нам хордовое, взрослая форма - неподвижный оседлый фильтратор морской воды. Применяем магию и запускаем эволюцию этих морских существ в сторону большего взаимодействия между личиной и оседлой взрослой особью, и в сторону колониального образа жизни оседлых взрослых. В каком-то смысле взрослая стадия начинает "использовать" личинки в качестве внешних подвижных органов, например, делегирует им функции размножения. Подвижная стадия всё чаще возвращается к организму-родителю, часть личинок вообще перестаёт переходить во взрослое состояние, если они принадлежат ко половому, неотеническому поколению. Личинка с мужскими органами оплодотворяет женскую, та откладывает яйца в специальный орган к одному из взрослых организмов колонии, и из этих яиц уже выводится мобильная личинка-гермафродит, которая проходит полную метаморфозу и оседает на новом месте, порождая новое поколение неотенических половых личинок.

Личинки эволюционируют в сторону большей "хордовости" (развитая нервная и пищеварительная система, зрение, органы движения, сложное поведение), оседлая фаза осваивает различные колониальные ниши, и между ними возникает своего рода симбиоз. Например, как у рыб-клоунов:

"Для рыб-клоунов характерен симбиоз с различными видами актиний. Вначале рыба слегка касается актинии, позволяя ей ужалить себя и выясняя точный состав слизи, которым покрыта актиния, — эта слизь нужна актинии, чтобы она сама себя не жалила. Затем рыба-клоун воспроизводит этот состав и после этого может прятаться от врагов среди щупалец актинии. Рыба-клоун заботится об актинии — вентилирует воду и уносит непереваренные остатки пищи. Рыбки никогда не удаляются далеко от «своей» актинии".


Или как у тех креветок (Synalpheus regalis), которые живут колониями внутри морских губок, только тут это один и тот же вид.

Оседлая форма обеспечивает мобильной форме защиту, мобильная форма заботится об оседлой - фильтрует воду, защищает её от паразитов, чистит, в случае хищных видов оставляет ей остатки своей трапезы. Половое размножение полностью делегируется мобильной форме, и мобильная форма теперь воспроизводит сама себя, но она всё ещё привязана к оседлой форме тем, что только в теле последней может формироваться плод (как для мобильных, так и для оседлых особей). Личинка оседлой фазы сохраняет архаичные черты, и даже более того, её органы редуцируются. У многих видов мелкая личинка оседлой формы пассивно цепляется к взрослой особи мобильной формы для распространения по округе. Более того, у некоторых видов мобильные формы специально подбирают и высаживают новорождённую оседлую форму на новое, подходящее ей место.

Затем мы опять же применяем свою магию, и делаем так, чтобы один из потомков этих видов выиграл гонку за колонизацию суши. Понятно, что аналогом амфибий тут будут существа, которые став сухопутными, всё ещё будут зависеть от неподвижной водной формы, которая будет жить у побережья, в реках, озёрах, лужах. Потом, конечно же, появятся чисто наземные формы жизни. Отбор будет идти в разные стороны, оседлые колонии будут совершенствовать всевозможные панцири, шипы, яды и прочие орудия для борьбы с колониями других видов и их мобильными формами. Появятся рощи, которые на самом деле не рощи, а родильные дома. Будут джунгли, кишащие жизнью, где многое из того, что показалось бы нам лишайниками, грибами, растениями, на самом деле будет представлять собой форму местной фауны и важную часть репродуктивного цикла животного мира. Естественно, появятся существа, у которых сравнительно небольшая оседлая форма от рождения и до смерти будет полностью зависеть от подвижной формы, не имея возможности самостоятельно питаться и не обладая какими-либо защитными механизмами.

Но механизм будет прежним. Две разнополые особи спариваются. Самка откладывает яйца в специальный орган оседлой-фазы носителя, и из этих яиц выводятся новые разнополые особи и новый юный носитель (возможно, дополнительно получающий генетический материал от организма, который его выносил - я изначально подозревал у носителей тройной набор хромосом, но это так, в сторону). Таким образом, с точки зрения носителя (которой у него нет, как нет и мозгов), все подвижные формы - лишь посредники для размножения самого носителя, его расширенный фенотип, преобразованная им в благоприятную форму внешняя среда, короче, не более чем специализированные сперматозоиды и яйцеклетки и с претензиями (и лапками).

***

Но для курий я не хочу брать этот вариант. Возможно даже, что он был у них в далёком эволюционном прошлом, но они потомки видов, которые полностью утратили оседлую форму. В рамках моей концепции, носитель-кормилец курий - это, по эволюционным меркам, сравнительно новое изобретение.
gunter

"Люси", Лавджой и всё вокруг

Я хотел сказать о своём личном отношении.

Почему меня так обрадовало упоминание теоретической модели Оуэна Лавджоя в контексте изучения ардипитека?

Есть такая книга, Дональд Джохансон, "Люси. Истоки рода человеческого", про находку скелета Australopithecus afarensis в 1974 году. Книга написана в 1981 году, переведена и издана в СССР в 1984. Ко мне она попала в мои школьные девяностые, и я с огромным удовольствием её прочёл.

Одним из персонажей этой книги был Лавджой, специалист по механике и анатомии прямохождения у гоминид, автор комплексной концепции эволюции прямохождения, согласно которой ведущую роль в антропогенезе сыграли секс и любовь.

(Текст)
(Иллюстрации)

Поэтому я его запомнил, ещё тогда. У меня плохая память на имена, но у него была говорящая фамилия, Lovejoy. Очень легко запомнить. Кто писал про любовь и постоянную готовность человеческих женщин к совокуплению? Лавджой.

И потому так приятно было снова встретить его имя. Он жив, он работает, более того, он срывает джек-пот - спустя двадцать лет после находки "Люси" в Эфиопии нашли "Арди".

"Арди является самыми древним известным гоминидом. Находки были сделаны группой исследователей под руководством антрополога из Калифорнийского Университета в Беркли Тима Уайта и подробно изучены международной группой учёных во главе с О. Лавджоем".


Когда он начинал, у него не было ничего. Его теория архаичности прямохождения у гоминид - что прямохождение старше каменных орудий, старше саванны - казалась завиральной. Он отстаивал подобные идеи, когда они ещё не были мейнстримом, а сейчас они мейнстрим.

Тогда? Господствовали теории уровня "встав на две ноги, предок человека смог дальше видеть в высокой траве, а затем он взял в освободившиеся руки молоток, приступил к трудовой деятельности и превратился в человека". Считалось, что шимпанзе и гориллы демонстрируют переходную стадию от четвероногой локомоции к двуногой. (Сейчас считается, что предки горилл и шимпанзе были лучше приспособлены к прямохождению, и что наши ближайшие сохранившиеся родичи - это не живые реликты, а результат долгого эволюционного процесса адаптации, сравнимого с нашим собственным, просто мы развивались в одну сторону, они в другую.)

В научно-популярных книгах шестидесятых годов по саванне бегали стаи яростных арийских австралопитеков, которые фанатично истребляли друг друга и окрестную фауну при помощи костяных орудий (заточенных рогов антилопы, дубинок из берцовой кости и т.д.). Особенно в этом отметился Роберт Ардри (Robert Ardrey), как популяризатор идей Раймонда Дарта ("Дарт предполагал, что австралопитеки были хищными плотоядными степными обезьянами, охотившимися на павианов с помощью палок"), повлиявший, в свою очередь, на Артура Кларка и "Космическую одиссею 2001".

На английском:   

Osteodontokeratic culture - "Dart envisaged Australopithecus africanus... as carnivorous, cannibalistic predators who utilized bone and horn implements to hunt various animals, such as antelopes and primates, as well as other Australopithecus."

The Killer Ape Theory

Original Sin Redux The Killer Ape Theory
The Killer Ape Part II The Fossil Evidence

Я, кстати, уверен, что "теория обезьяны-убийцы", гоминидов как изобретательных гиперхищников, сильно повлияла на Джона Нормана, с его "сотни тысяч лет в каменном веке... наши предки убивали себе подобных и брали женщин в качестве добычи". Ох, хотел бы я тогда, в начале семидесятых, организовать встречу между Оуэном Лавджоем и Джоном Норманом, они бы многое узнали друг о друге. Естественно, с профессором Лавджоем разговаривал бы не Джон Норман, автор книг про планету Гор, а Dr. John Frederick Lange Jr. - философ, обсуждающий антропогенез с палеоантропологом.

[Поршнев тоже отталкивался от концепции обезьян-убийц, просто вывернув её наизнанку. Если у капиталистов, то есть социал-дарвинистов, предок человека - это фашистский идеал, совершенный убийца-охотник с холодным блеском в глазах, то в марксистской парадигме наши предки - это зашуганный скот, рабы, "живые консервы", выведенные древними архаичными палеоантропами, теми гоминидами, которые первыми догадались пожирать себе подобных, и за счёт этого выделились в доминирующую паразитическую касту. Потом набравшиеся ума угнетённые восстали и перебили богов-людоедов, напрочь. (Кроме отдельных реликтовых особей, "снежных людей", сумевших выжить за счёт смены диеты и умения прятаться от людей.) Поправка Диденко: сексуально-агрессивные палеонатропы успели оставить после себя многочисленных гибридов, которые образовали несколько устойчивых поведенческих морф, мимикрирующих под господствующий антропологический тип. Они и сейчас среди нас.]

Итак, повторю. Когда Лавджой начинал, у него не было ни "Люси", ни "Арди". Но он дожил до того момента, когда новые находки стали придавать всё больше веса его концепциям, а спорные и революционные идеи стали очевидными и общепринятыми.