Category: наука

Category was added automatically. Read all entries about "наука".

gunter

Пассионарность Гумилёва и спекулятивная эволюция

(...)

Собственно, я хотел простую вещь написать, но я так долго к ней подбирался, что она практически утратила смысл.

Когда читаешь обо всех этих "космических лучах из космоса", меняющих поведение и физиологию "высших родов позвоночных", возникает очевидный вопрос — а на неразумных животных это действует? И нет, рассуждения вида "саранча, выбрасывающиеся на берег киты и лемминги из диснеевского фильма, всё это тоже является пассионарным феноменом" ничего не объясняют. Или вся фауна в зоне географического пассионарного толчка, дуги длиной в несколько тысяч километров, начинает вести себя аномально, что мы вряд ли наблюдаем, или пассионарные толчки на животных не действуют. А что насчёт горилл и шимпанзе, наших ближайших родичей? На них влияют космические лучи? Они смогут организовать "Планету обезьян", если попадут под удар излучения?

Итак, даже внутри логики Гумилёва, речь идёт о чисто человеческом явлении. Это биологический фактор, и, одновременно, данный механизм "не складывается в процессе эволюции, ибо за нужное для сложения время он бы погиб" ("Этногенез и биосфера").

Вы знаете, что я очень люблю фантастические рассуждения об эволюции, теории эволюции применительно к фантастике и тому подобные вещи. Так вот, нельзя сказать, что "космические лучи прилетают из космоса, поэтому они не подчиняются законам эволюции". Космические лучи могут быть ресурсом, который жизнь научилась использовать в своих целях, подобно кислороду или солнечному свету, но сама возможность эксплуатировать этот ресурс должна была возникнуть в ходе биологической эволюции. Способность конвертировать космические лучи в пассионарность должна была развиться у предков людей на основе некой благоприятной мутации.

С другой стороны, Гумилёв прав в том, что частота пассионарных толчков, которую подразумевает его модель, исключает возможность подобной эволюции. Очевидно, что далёкие предки человека, архаичные гоминиды, жили в Африке, более того, в каком-то конкретном регионе Африки, в Восточной Африке, по современным представлениям. Как часто эту конкретную предковую популяцию могли накрывать импульсы галактического излучения, если на в Евразии в целом между успешными попаданиями проходили сотни лет? Понятно, что никакая форма жизни не сможет адаптироваться к явлению, которое затрагивает конкретный регион раз в десять тысяч лет, или хотя бы раз в тысячу лет — невозможно представить себе вид, использующий метеориты в ходе своего жизненного цикла, хотя метеориты, бывает, падают, и падают чаще, чем случаются пассионарные толчки.

Остаётся признать две вещи:

1. У нашего общего предка с шимпанзе была некая особенность, выделявшая его среди других животных, и эта особенность развивалась в ходе дальнейшей эволюции для лучшего улавливания "космических лучей".
2. Эволюция человека происходила в регионе, в котором существовал мощный, регулярный, стабильный, локальный источник "космического" излучения, и этот источник бесперебойно функционировал миллионы лет, пока не отключился.

Collapse )
gunter

Механизм пассионарности, космические лучи и мозговые тараканы-симбиоты

(...)

О да, космические лучи, вызывающие пассионарные толчки. Это прям +10 к псевдонаучности — Гумилёв берёт некое неизвестное науке явление ("пассионарный толчок") и для объяснения его вводит другое неизвестное науке явление ("космические лучи"). [При этом, пассионарные толчки сами по себе нужны для нейтрализации антисистем и переплавки химер в новые этносы, так что, на самом деле, там три уровня новых феноменов.]

"Л.Н. Гумилев считал причиной возникновения этногенеза пассионарный толчок, который проявляется в микромутации, вызывающей появление пассионарного признака в популяции и приводящий к возникновению новых этнических систем в затронутых ею регионах. (...) Из всех предположений после их подробного анализа было выбрано одно: толчки имеют космическое происхождение (излучение из космоса), так как никакими земными причинами не удается объяснить их линейную форму и огромную протяженность на поверхности Земли".

(А.В. Любичанковский, "Гипотеза возникновения пассионарного толчка")


Безусловно, это самая весёлая часть построений Гумилёва, и та, от которой гумилёвцы-позеры чаще всего открещиваются. Пытаются, по-крайней мере, хотя предложенные альтернативы ещё хуже.

"Старик Оккам стоит со своей бритвой, и упорно пытается отпилить ею космический фактор, описанный Гумилевым. (...) Тем более, что, похоже, Гумилев не очень себе хорошо представлял как работают мутации. Не бывает такого, чтобы мутагенный фактор вызвал одинаковую мутацию у тысяч особей одновременно. А характерное время этногенетических процессов на порядки меньше времени процессов филогенетических, и одна мутантная особь не успеет распространить свой ген пассионарности, хоть она тресни".

"Самое слабое место теории Л. Гумилёва - это, бесспорно, вопрос о том, откуда пассионарность берётся. Гумилёв предполагал, что это - воздействие неких космических лучей. Именно за эти "космические лучи" гумилёвскую теорию пинает ком не лень. Но Гумилёв, при всей своей разностороннести, не был биологом".


Гумилёв не был биологом, не был астрофизиком, не был психологом, и, надо сказать, к исторической части его работ профессиональные историки тоже относятся с большим скепсисом.

Конечно, Гумилёв писал (в книге "Этногенез и биосфера Земли"), что это не обязательно даже должны быть космические лучи... но это космические лучи (выделения мои).

"Сам пассионарный толчок, который был описан как эмпирическое обобщение, объясняющее колебания этносферы, явно неземного происхождения. Уже то, что оси зон толчков располагаются на поверхности планеты как линии, концы которых ограничены кривизной планеты, а перпендикуляры к ним проходят через центр Земли, указывает на зависимость оси толчка от магнитного поля планеты. Предположение, что эти энергетические удары по Земле идут не от Солнца, а из рассеянной энергии Галактики, нашло уточнение. (...)

И еще одно. Говоря о возможных источниках пассионарных толчков, мы не отбросили только одну гипотезу — космическое излучение. Правда, при нынешнем уровне знания о ближнем космосе эта гипотеза не может быть строго доказана, но зато она не встречает фактов, ей противоречащих. (...)

Ну, а если гипотеза воздействия каких-либо лучей на антропосферу не подтвердится? Если биологи обнаружат другую причину мутаций и особенно — микромутаций, изменяющих не анатомию, а только физиологию организмов высших родов позвоночных? Значит ли это, что космос не причина вспышек этногенеза? Нет! Ибо полосы толчков, на которых рождаются этносы-сверстники, — эмпирически зафиксированный факт.

А если найдется талантливый психолог, который откроет физиологический механизм пассионарности и свяжет его не с вегетативной нервной системой организма, а с гормонами или влиянием микроорганизмов, живущих в симбиозе с их носителем? Или если он объяснит повышенную активность пассионариев не как выброс излишней биохимической энергии живого вещества, а как способность выдавать эту энергию целенаправленно? Или генетик, уточнит способ передачи пассионарности как признака? Что изменится в описании феномена этногенеза? Ничего! Потому что этногенез — явление, наблюдаемое не на молекулярном и даже не на организменном уровне, а на популяционном, имеющем собственные черты, присущие только этому уровню".


Collapse )

Повторю ещё раз. Пассионарность, которую описывает Гумилёв, по заявленным автором свойствам является биологическим, но не генетическим фактором. Этот биологический фактор передаётся от родителей детям, в том числе по мужской линии, т.е. через сперму. Подобными свойствами обладают некоторые паразитические микроорганизмы и вирусы. При этом, во всех известных биологам случаях, передача паразита по мужской линии менее надёжна и результативна, чем по женской. Это логично, если мы говорим о неком материальном, физически существующем биологическом факторе. Действительно, намного проще проникнуть в зародыш через организм заражённой матери, чем проделать то же самое через половые клетки отца. Неизбежные потери при передаче, особенно серьёзные в случае передачи по мужской линии, позволяют, как мне кажется, эмулировать основные свойства схемы Гумилёва. Хотя, скорее всего, придётся отдельно прописать, что биологический фактор сам по себе не способен генерировать пассионарность, он просто хранит энергию изначального сигнала, полученного из космоса, и этот заряд конечен.

Возвращаясь к мидихлорианам, Анакин Скайуокер — аномально сильно "заряженная" особь. Он передаёт активированные мидихлорианы своим детям, но с поправкой на то, что сперма — не лучший проводник, поэтому уровень Люка и Леи чуть ниже, чем был у Анакина. У гипотетических детей Люка этот уровень был бы ещё ниже, но вот Лея может передать свой уровень сыну, несмотря на то, что её муж, Хан Соло, не является форс-юзером. Таким образом, Кайло Рен, он же Бен Ханович Соло (если использовать имена из позорных диснеевских сиквелов) по уровню силы и по "дистанции" от Анакина сопоставим с Люком. Отсюда получаем, что пассионарному мужчине-бойцу нужны пассионарные сыновья (чуть пониже уровнем) для выполнения тех или иных пассионарных задач; но ему так же нужны дочери, так как дочери смогут обеспечить ему пассионарных внуков, которые по качеству не будут уступать сыновьям. А пассионарные внучки смогут передать "сыновний" уровень пассионарности ещё и правнукам.

(продолжение следует...)
gunter

Странные советские персонажи, Лев Гумилёв и вступление-без-текста

Мне очень хочется чем-нибудь поделиться, чем-нибудь. Темы-то всегда есть, но не всегда их удаётся зафиксировать.

В данный момент в голове застряла мысль, связанная с разбором логики "пассионарной теории этногенеза" Льва Гумилёва... на самом деле, конечно, всё сложнее. Я давно хотел нырнуть в фэндом пассионарной теории, но так и не нырнул.

Вы знаете мой интерес ко всяким "альтернативым" вещам, в культурологическом аспекте. Лев Гумилёв — это та фигура, которую можно использовать для составления различных комбинаций.

Например, вместе с Даниилом Андреевым они будут авторами упоротых исторических концепций, осмысляющих мировую и советскую историю. (Метаисторию, в случае Андреева.) Один — сын Леонида Андреева, другой — сын Николая Гумилёва, оба пострадали от сталинского террора. Если оставить за рамками тюремный опыт, то в плане альтернативных исторических концепций, так или иначе пытавшихся отрефлексировать советскую реальность, я бы ещё вспомнил Поршнева с его пирамидой суггестии.

С Игорем Шафаревичем Льва Гумилёва объединяет то, что можно было бы назвать "русским интеллигентным антисемитизмом", при всей спорности этого термина и подобной классификации. Идеи "Социализма как явления мировой истории" Шафаревича (и его концепция "малого народа" из "Руссофобии") безусловно напоминают об антисистемах и этнических химерах Гумилёва.

Для истории советской псевдонауки интересно сближение Гумилёва и астрофизика Козырева. Конечно, возникает вопрос определений: псевдонаука, паранаука, патологическая наука? Козырев ближе к патологической науке, всё-таки, он был учёным. В общем, я и с Козыревским фэндомом практически незнаком, но там есть интересная перекличка с Гумилёвым. [Я видел, как люди жалели, что Козырев провёл в лагерях самые важные годы (с 1936 по 1946), когда астрофизика, как наука, совершала прорыв за прорывом, и, в итоге, наука ушла, а Козырев остался. Похожие вещи писали и о Льве Гумилёве, с поправкой на то, что у него были проблемы с получением нормального исторического образования ещё до ареста, потому что он был сын своего отца, и потому что советская власть. Годы, проведённые в лагерях, ему явно не помогли.]

И да, Гумилёв и Козырев одно время находились в одном лагере, Норильлаге, тут есть и физическое сближение. И если говорить о странных и интересных советских персонажах, то нельзя не вспомнить Сергея Снегова, очень странного советского фантаста с теми же биографическими обстоятельствами. "Арестован в июне 1936 года, осуждён на десять лет ИТЛ, сидел на Соловках и в Норильлаге. В заключении познакомился с историком и географом Л. Н. Гумилёвым и астрономом Н. А. Козыревым".

Кстати, о Снегове. В его знаменитой космооперной трилогии "Люди как боги" есть прямая отсылка к лагерному опыту автора, когда речь заходит об Андрее Таневе, изобретателе сверсхветового двигателя.

"Собственно, Танев жил, а не был придуман, о его жизни многое известно, хотя тюремные его тетради были найдены лишь через двести лет после его смерти. Но правда так переплелась с выдумкой, что достоверно одно: в начале двадцатого века по старому летосчислению жил человек, открывший превращение вещества в пространство и пространства в вещество, названное впоследствии «эффектом Танева». Этот человек долго сидел в тюрьме и вел свои научные работы в камере.

Скульптор изобразил Танева в тюремном бушлате, с руками, заложенными за спину, с головой, поднятой вверх, – узник вглядывается в ночное небо, он размышляет о звездах, создавая теорию их образования из «ничего» и превращения в «ничто». То, что мы знаем о Таневе, рисует его, впрочем, вовсе не отрешенным от Земли мыслителем: он был вспыльчивым, страстно увлеченным жизнью, просто жизнью, хороша она или плоха. До нас дошли его тюремные стихи: нормальный человек на его месте, вероятно, изнывал бы от скорби – он же буйно ликует, что потрудился на морозе и в пургу и, с жадностью проглотив свою еду, лихо выспится. Вряд ли человек, радовавшийся любому пустяку, очень тосковал о звездах. Тем не менее Таневу первому удалось вывести формулы превращения пространства в массу, и он первый провозгласил, что придет время, когда человек будет, как бог, творить миры из пустоты и двигаться со сверхсветовой скоростью, – все это содержится в его тюремных тетрадях".


Тут можно увидеть связь с гипотезами Козырева, то есть с теми вещами, которые они реально могли обсуждать в Норильлаге.

Я всё это веду к следующему. arishai справедливо заметила, что таинственные "космические лучи", о которых писал Гумилёв, обязаны существовать в рамках альтернативной физики Козырева (и всё это должно упираться в сверсхвет). Она права, и это запустило целую отдельную ветку моих размышлений.

(Итак, теперь у меня есть вступление, но нет поста. Но будем надеяться, что продолжение следует...)
gunter

Теория поколений Штрауса и Хау: Отечественная история, приложение 2

...И опять же, я мучился и ничего не мог решить, потому что это ненужный пост, но он должен был быть на этом месте, потому что он был там, когда я рассказывал эту историю Феликсу.

Чтобы добиться того эффекта, о котором пишет Глабб, Богу достаточно было сделать так, чтобы фазы секулума и продолжительность поколений в естественных условиях чуть-чуть не совпадали. И идеальное прохождение одного цикла является гарантией небольшой "рассинхронизации" в следующем, которая будет постепенно нарастать.

Метафора такой рассогласованности в классической русской литературе — "Горе от ума". Чацкий явным образом не на своём месте, потому что в рамках этой схемы, он символизирует классического идеалиста из поколения идеалистов. Но вокруг него явно не фаза пробуждения. Чацкий спорит с Фамусовым, как с представителем "поколения отцов", но Фамусов никоим боком не постаревший активист, он, скорее, приспособленец. Фамусов хвалит екатерининское время, на примере своего дяди: "Век при дворе, да при каком дворе! Тогда не то, что ныне, при государыне служил Екатерине". По отношению к Фамусову, дядя Максим Петрович, вероятно, относился к предшествующему поколению. Чацкий на это отвечает:

"Свежо предание, а верится с трудом;
Как тот и славился, чья чаще гнулась шея;
Как не в войне, а в мире брали лбом;
Стучали об пол не жалея!
Кому нужда: тем спесь, лежи они в пыли,
А тем, кто выше, лесть как кружево плели.
Прямой был век покорности и страха,
Всё под личиною усердия к царю.
Я не об дядюшке об вашем говорю;
Его не возмутим мы праха".


Как и положено идеалисту, он выносит суровый приговор предыдущей эпохе, как подлой, гнусной, бездуховной. Но о каком времени говорит — о екатерининском, о павловском? На дворе, тем временем, конец правления Александра I. С точки зрения умозрительной схемы, Чацкий был бы более уместен лет за 20-30 до этого, во время "масонского пробуждения" рубежа веков, и спорил бы он тогда с настоящим екатерининским вельможей. Или ему надо было родиться сильно позже, чтобы его молодость пришлась на шестидесятые-семидесятые годы 19 века (отрастить бороду и переболеть радикальными идеями). Это дало бы ему какие-то шансы на реализацию своей социальной программы, вместе с целым поколением. А так, это всё равно что запихнуть Сашу Привалова из повести "Понедельник начинается в субботу" (или Шурика из фильма "Операция "Ы"") в советское НИИ второй половины восьмидесятых. Что они там будут делать? "Сталина ругать". А ещё?

(...)

У wyradhe был пост о Чацком на Гражданской войне (понятно, на какой стороне), но дело в том, что Чацкий бы и эту войну проиграл. Такие войны выигрывают активисты в качестве пехоты и циники в качестве командиров, а идеалисты — только если они дожили до седых мудей мудрых седин и сумели сыграть соответствующую роль пророка, политика, стратега.

Короче, кризис в схеме Штрауса и Хау случается регулярно, как зима, раз в секулум, каждый раз позволяя очередному поколению активистов пережить ощущение своей непобедимости. Если совместить это с концепцией вырождения больших социальных образований на длинной дистанции (в два-три секулума), то у нас появляется концепция кризиса второго порядка — кризис, состоящий в том, что невозможно собрать правильную поколенческую структуру для успешного прохождения фазы кризиса. И с другой стороны, невозможность правильно отыграть кризис (путь в качестве небольшой гражданской войны, в которой победят "наши"), приводит к сбою поколенческого механизма, что может похоронить всю структуру на следующем витке. А пасьянс всё равно рано или поздно сойдётся, просто не у "нас", а у кого-то ещё.
gunter

Теория поколений Штрауса и Хау: Отечественная история, приложение 1

Когда я пишу про поколенческую концепцию Штрауса и Хау, я всегда подразумеваю дисклеймер, что речь не идёт о "правде факта", не о чём-то... но если это и так не понятно, то бесполезно и стараться что-то дополнительно разъяснить.

Так вот, поколенческая теория, проиллюстрированная сценой из советского кино. "Случай на шахте восемь" 1957 года, довольно любопытный фильм для тех, кто любит такие вещи. Давно хотел о нём написать, так и не написал, но в общем, этот фильм важен для моих личных теорий, связанных с советским кинематографом. В плане исторического контекста, фильм снят на волне XX съезда, он про борьбу с пережитками культа личности.

У нас есть Егор Денисович Краев, начальник угледобывающего комбината, Сталин местного разлива, царь и бог этой дыры. Член партии с 1923 года, то есть ещё даже до "ленинского призыва". Его играет Николай Боголюбов (1899 года рождения), и с поколенческой точки зрения, Краев олицетворяет советских активистов, "пехоту", которая так или иначе прошла через Гражданскую и стала в дальнейшем опорой сталинского режима. Краев человек жёсткий и авторитарный, готовый раздавить любого, кто встанет у него на пути, он является антагонистом фильма.

Краеву противопоставлен главный положительный герой, Володя Батанин (Анатолий Кузнецов, 1930 г.р.), молодой наивный геолог, в дальнейшем — товарищ Сухов парторг шахты №8. Он как раз типичный советский идеалист фазы пробуждения: призывает жить не по лжи, возмущается царящим на комбинате "режимом" и вступает в борьбу с "культом".

У Володи есть старший товарищ, Борис Тасин, которого играет Борис Кордунов (1920 г.р.). Он принадлежит к поколению приспособленцев — тех, кто был слишком мелким во время Революции и Гражданской войны, и тех, кто родился во время или сразу после этих событий. (Напоминаю, что поколение — понятие растяжимое, оно охватывает лет 20-25.)

Дальше идёт сцена (1:07:36), в которой Борис вспоминает студенческую песню:

Если сессию провалишь безнадёжно,
И услышишь от профессора "прощай",
Не вступай в ненужный спор,
Бесполезный разговор,
Забирай свой студбилет и убегай!


Володя подхватывает, но добавляет, что "а у нас не так пели":

...На профессора наплюй,
Ты студент, а не холуй!
Забирай студбилет и убегай.


И это уже вопрос поколенческий. И те, и другие ходили в школу при Сталине, а вся разница в том, в каком социальном возрасте они застали войну, победу и смерть вождя. Ведь понятно, что вопрос отношения к "профессору" — это вопрос отношения к начальству в целом ("на власть советскую наплюй, ты Человек, а не холуй"). Приспособленцев жизнь научила "не вступать в ненужный спор, бесполезный разговор" и принимать начальство, как данность, чьи распоряжения не обсуждаются. Идеалисты при необходимости умели спорить с начальством, презирать начальство, игнорировать начальство.

Борис сразу же принимает песенку на свой счёт и заводится с пол-оборота: "Выходит я, по твоему, холуй? Эх, Володечка... было время, я тоже держал хвост морковкой. А потом до меня дошло: хочешь спокойной жизни, сиди и не чирикай". Это обида на новое непуганое поколение, поющее другие песни: да, по сравнению с вами, мы гнутые, но так ведь нас и гнули по-настоящему!

[Неожиданный сюжетный поворот фильма состоит в том, что главный коммунист комбината, Гущин, которого играет Георгий Куликов (род. в 1924), на самом деле собирается поддержать геолога Баталина, чтобы свалить засидевшегося Краева. Гущин тоже из поколения приспособленцев, он вступил в партию в 1943 году, вероятно, на фронте. Тут всё чётко по Штраусу и Хау: главная борьба фазы пробуждения ведётся между постаревшими активистами и молодыми идеалистами, борьба эта ведётся через головы приспособленцев, причём приспособленцы на то и приспособленцы — Adaptive, в оригинале, — что могут примыкать к тому или иному лагерю, по ситуации.]
gunter

Ламарк об эволюции человека

Из тех вещей, которые меня, почему-то, поражают.

Пушкин мог знать о неевклидовой геометрии Лобачевского. Он мало бы что в ней понял, но всё равно, он был современником Лобачевского. В 1834 году в Петербурге вышла статья с резкой критикой Лобачевского, она могла попасться на глаза Пушкину, в этом не было бы ничего невозможного. Может, существует реальность, в которой Пушкин откликнулся в стихах на идею неевклидовой геометрии.

Но речь не о том, речь об эпохе. Например, Пушкин мог читать про происхождение человека от обезьяны, у него была физическая возможность познакомиться с такой гипотезой. "Философия зоологии" Ламарка вышла в 1809 году, и там уже излагается теория эволюции. Понятно, что русского перевода тогда не существовало, но Пушкин свободно читал по-французски.

Вот что писал Ламарк про возможность происхождения разумного существа от обезьяны (Quadrumana):

Collapse )

(Если что, Ламарк знал про шимпанзе, и справедливо относил его к самым "развитым" и человекоподобным животным: 




"Оранг" для него означало то, что мы сейчас называем "человекообразной обезьяной". Так что у него были необходимые элементы мозаики, наши ближайшие неразумные родичи из ныне живущих видов.)

Мне нравится, что Ламарк постулирует неизбежность ощутимого "разрыва" между разумным видом и его животными предками-сородичами, потому что все промежуточные формы неизбежно окажутся конкурентами, обречёнными на вытеснение и вымирание. Живущие в лесах человекообразные обезьяны могли выжить, и выжили; но у саванных гоминидов шансов не было. Можно сказать, что этот вывод имеет ксенологическийй смысл: подобную логику можно применить и к выдуманным разумным видам.
gunter

Тетраксис для курий

...

Не совсем тетраксис, конечно. Но курии любят число шесть, оно для них культурно значимо, поэтому шесть уровней.

1. Курии, как вид. Все курии - это курии, генетически. Тривиальное утверждение, но бывают исключения.

2. Два пола. У курий два биологических пола - тот, кто оплодотворяет яйца, и тот, кто производит и откладывает яйца. Самцы и самки. Это не трейвы с их инициирующей, активирующей, оплодотворяющей и вынашивающей особями, где дети собирают генетический материал от всех участников цепочки.

3. Три социальные категории. Все разумные курии, курии в полном смысле слова, являются либо яйценосами, либо недоминантами, либо доминантами.

4. Четыре типа яиц-зародышей, которые производит самка-яйценос. Носители, доминанты, недоминанты, яйценосы. Носителей, очевидно, больше всего, так как они требуются для производства всех трёх категорий курий в полном смысле слова. Про соотношения яйценосов, доминантов и недоминатов ничего сказать не могу. (Кроме того, что соотношение полов по версии самого Нормана, или у Пол-Уха в пересказе Тарла - доминантов больше, чем яйценосов и недоминантов вместе взятых - кажется мне биологически сомнительным.) 

5. Пять вариантов жизненной истории. Короткая и печальная жизнь безмозглого носителя, жизнь яйценоса, жизнь недоминанта, жизнь доминанта и жизнь криптодоминанта, который родился и прожил часть жизнь недоминантом, а потом "перещёлкнулся" в доминанта.

6. Шесть психологических стереотипов; естественно, в моей трактовке, где импринтинг играет важную роль в психологическом созревании юной курии. Соответственно, любая из трёх родившихся категорий может запечатлеться либо на недоминанта, либо на яйценоса, и сами курии, надо полагать, выводят из этого какие-нибудь важные различия, даже если статистика этого не подтверждает.
gunter

Довесок-1

Первая этическая система, этика компромисса. Лучший вариант развития событий в неоднозначной ситуации - "Изоляция агрессора", когда все элементы, сохраняя существующие между ними противоречия, объединяются против одного, общего для всех врага. "Агрессором" назначается тот элемент, у кого окажется наименьшее число дружественных связей, чтобы было проще разорвать оставшиеся (проще говоря, союзники должны его предать). При невозможности реализовать оптимальный вариант, в ход идёт "Регулируемый конфликт", когда образуются пары аккуратно борющихся друг с другом противников, но действует принцип "друг моего врага - мой друг". 

Вторая этическая система, этика конфликта. Лучший вариант развития событий в неоднозначной ситуации - "Связь через общий центр", когда все элементы, сохраняя существующие между ними противоречия, объединяются вокруг одного, общего для всех союзника. "Центром" назначается тот элемент, у кого окажется наименьшее число конфликтов с остальными, чтобы было проще погасить оставшиеся (враги должны с ним помириться). При невозможности реализовать оптимальный вариант, в ход идёт "Деление на два лагеря", когда образуются два предельно антагонистичных альянса, и действует принцип "друг моего врага - мой враг".


Это важно, поэтому я решил ещё раз это подчеркнуть.

Легко заметить, что Первая этическая система легко может привести (и приводит) к травле одного многими. Если кто-то оказался Кевином Спейси, все должны быть против Кевина Спейси. По крайней мере, так ведут себя "обыватели" Первой этической системы, элементы, лишённые способности к рефлексии. Героическое поведение противоположно обывательскому.

Но надо хорошо понимать, почему структуры Лефевра так себя ведут. Структура - это не Герой. У неё нет разума. Это примитивный механизм, машина. Мы загрузили в неё некие основополагающие принципы. Например, "Добро сильнее Зла". Это аксиома Первой этической системы. Если будет конфликт между Добром и Злом, Добро победит. А задача структуры - производить Добро. Структура состоит из элементов, которые, под влиянием среды, склоняются в ту или другую сторону, и повлиять на них структура не может. Но если она противопоставит все элементы одному-единственному, то во всех случаях, когда этот единственный элемент случайно окажется Добром, Добро победит и структура "поднимется". Пусть даже сам элемент будет физически уничтожен, Добро всё равно победит (см. случай с Христом).

Обыватель внутри структуры пытается сделать своё окружение более комфортным. Поэтому он принимает участие в общей борьбе с "агрессором", с паршивой овцой и коллективным козлом отпущения. А "мотивация" структуры в целом совсем иная, структура болеет за изгоев, и каждый отдельный обыватель является лишь проводником этой призрачной общесистемной воли.

То же самое происходит во Второй этической системе, только там аксиомы другие. Когда обыватель оказывается заперт в одном из двух враждующих лагерей, он твёрдо знает, что "как два различных полюса, во всем враждебны мы, за свет и мир мы боремся, они - за царство тьмы". Логика же самой структуры совершенно иная. Программа гласит, что цель оправдывает средства, потому что Зло сильнее Добра, иначе Добру не пришлось бы использовать методы Зла и соглашаться на союз со Злом. Честный бой Добро проиграет. Но жёсткие связи внутри структуры (единство, единомыслие, дисциплина) производят Добро. Противопоставляя друг другу два монолитных союза, структура рассчитывает на то, что внутри каждого лагеря, с обеих сторон, победит Добро. А борьба Добра с Добром, хорошего с лучшим, порождает Добро.

И зеркальное отражение тех же принципов:

Вторая этическая система стремится связать все элементы через единый центр, потому что если центр окажется Добром, то и вся структура в целом будет производить Добро.

Первая этическая система готова использовать два отдельных ограниченных конфликта, участники которых дружат между собой, потому что конфликты и гибкие связи производят Добро, а союз Добра и Добра - это, очевидно, Добро.
gunter

Мантикоры, ч.2

Далёкие предки мантикор на своей родной планете были мелкими представителями очень успешного и влиятельного класса/отряда.

Их колонизировавший сушу прародитель был рыбообразной амфибией с тремя парами ласт-плавников. На нашей земле общий предок всех амфибий, пресмыкающихся, зверей и птиц имел четыре конечности с пятью пальцами на каждой. У курий - четыре конечности и шесть пальцев. Так как мантикоры - это "антикурии", я присвоил им шесть конечностей, четыре пальца. В том числе, следуя современной традиции изображать мантикор четвероногими крылатыми существами.

Для описания того, что представляли собой их предки и родичи, я бы позаимствовал различные безумные концепции происхождения птиц с сайта Даррена Наиша Tetrapod Zoology. Потрясающий сайт, потрясающий автор, интересный как сам по себе, так и своим сотрудничеством с турецким художником К.М. Косеменом (которого некоторые всё ещё помнят под ником Nemo Ramjet). Даррен Нэш обожает различные извратные биологические концепции, и я его полностью понимаю.

Вот, например, Haematothermia, гипотетический общий предок млекопитающих и птиц, который являлся мне в моих кошмарах. В этой твари есть что-то невыразимо мёрзкое. Слава богу, что подобное существо никогда не существовало на нашей планете! Подчёркиваю, это сугубо фрическая концепция, согласно которой птицы ближе к млекопитающим, чем к кому бы то ни было ещё. С точки зрения современной науки, птицы - это потомки динозавров, рептилии, которые ближе к крокодилам, чем к людям. Но была малопопулярная и крайне неортодоксальная гипотеза, которая в одну корзину клала всех холоднокровных рептилий, голокожих, чешуйчатых, а в другую - небольших теплокровных существ с активным метаболизмом, покрытых протошерстью. Они прыгали по веткам, жрали насекомых и всё, что им попадалась. Часть из них научилась летать, отрастила клюв и перья, и стала птицами, а часть спустилась с деревьев и стала млекопитающими.

Или вот, например, Birds Came First, опять же, совершенно еретическая гипотеза Джорджа Ольшевски. Не птицы произошли от динозавров, а динозавры произошли от птиц. Существовала древняя (пермско-триасская) непрерывная линия "протоптиц", "диноптиц", мелких рептилий, которые очень давно и очень рано приспособились к жизни на деревьях, и постепенно вырабатывали соответствующие адаптации - когтистые лапы с пальцами, которыми удобно хвататься за ветки, перья, способность к прыжкам, планированию, позже - к полноценному полёту. Птицы - прямые потомки этих существ. А все известные нам динозавры - боковые ветви, двоюродные братья птиц, которые периодически спускались на землю, адаптировались к новым экологическим нишам и порождали крупные наземные формы.

Всё это, в свою очередь, является намного более радикальной и укуренной версией гипотезы, согласно которой манирапторы - это "вторично нелетающие" птицы, происходящие от мелкого летающего предка, похожего на археоптерикса.

Наконец, есть вполне известная концепция, согласно которой птицы - это "неотенические динозавры" (birds may be paedomorphic dinosaurs). Её более радикальная версия состоит в том, что некоторые динозавры начинали свою жизнь в качестве мелких, покрытых перьями, крылатых детёнышей, которые умели карабкаться по деревьям, прыгать, планировать и даже летать. Это позволяло им спасаться от хищников и осваивать недоступные для взрослых экологические ниши. А по мере взросления они набирали вес, отращивали взрослые зубы, утрачивали способность к полёту, сбрасывали большую часть оперения и превращались во взрослых динозавров. Птицы, таким образом, это личинки динозавров, которые перестали расти и научились откладывать яйца.

***

Вот это вполне можно использовать для нашей планеты протомантикор. В том классе и отряде, к которому принадлежали мантикоры, все эти вещи случались, и не раз. Это были инопланетные аналоги рептилий с тенденцией к теплокровности, которые карабкались по деревьям, используя передние и задние лапы. Средняя пара конечностей адаптировалась у них для подачи сигналов собратьям и брачной демонстрации: с удлинёнными пальцами, ярко-окрашенными кожистыми складками и так далее. Часть видов стала использовать средние конечности для планирования, потом для полноценного полёта. Часть стала адаптироваться к нише полноценных летающих существ, развивая крылья и постепенно редуцируя переднюю пару лап, чтобы уменьшить лишний вес. Часть из них потом перешла к наземному образу жизни и стала аналогом нелетающих птиц. Часть спустилась на землю очень рано, породив самые разнообразные четвероногие формы. У части этих форм детёныши были мелкими и летающими, а взрослые особи - очень крупными и сугубо сухопутными, с мелкими бесполезными крылышками. Короче, аналоги наших динозавров, птиц и млекопитающих, в одном флаконе.

Collapse )

Естественно, при таком наборе качеств я бы ожидал, что перед нами будет не просто вершина пищевой цепи, а ещё и keystone species, экосистемные инженеры-эдификаторы. Крупный носитель, естественно, вредит дереву, на котором он паразитирует (но всё-таки старается его не погубить, в интересах будущих поколений). Какие-то живые существа обязаны использовать брошенные носители в качестве пищевого ресурса, оздоровляя деревья. Эти существа, так или иначе (через цепочку других существ, возможно) должны приносить пользу деревьям и лесному сообществу в целом, увеличивая количество животных, которых едят мантикоры. Мантикоры, так или иначе, должны обеспечивать распространение и успех деревьев, на которых паразитируют их носители. Вылезающие из носителя детёныши могут разносить семена дерева-хозяина, или что-то такое. 

[Насчёт разума я всё всё ещё не уверен, - зачем им Разум?! - но на той стадии, которую я описываю, это уже очень умные и сложные звери.]
gunter

Мантикоры, ч.1

Материалы, которые надо было увязать в единую концепцию.

Итак, мантикоры размножаются при помощи другого вида-носителя, который сам по себе не является мантикорой (и который, во взрослом виде, является паразитом растений и их корневой системы). При этом, носитель (не мантикора) является чем-то вроде гипертрофированных половых органов самки мантикоры. У предков мантикор самка, в результате успешного спаривания, сама превращалась в безмозглого носителя, из которого потом выползало несколько детёнышей. Включая детёныша носителя (не мантикоры). Который, при этом, выглядел, как детёныш мантикоры, но постепенно, по мере созревания, терял подвижность, зрение и мозг (в дальнейшем дети носителя, надо полагать, совсем деградировали, и их приходится "доставать" из взрослого носителя). У нынешних мантикор самка может избежать фатальной для неё трансформации в носителя, если успеет сбросить плод кому-то ещё: другой самке, недоминанату или вообще любой другой мантикоре, которую она сумеет ужалить-"осалить". Тогда в носителя превращается "осаленная" жертва, и это одна из причин постоянных внутривидовых войн между стаями мантикор, а также свар внутри стай. Мантикора, получившая тяжёлую травму, с повреждённым мозгом, нервной системой и т.д., начинает постепенно превращаться в носителя, даже без зародыша внутри. Самки мантикоры могут откладывать своих зародышей в существующий взрослый носитель, независимо от его происхождения.

Мантикоры - кочевой вид, способный периодически формировать очень крупные стаи для миграции в новые регионы, подобно увеличенной во много раз саранче или муравьям-кочевникам. Впереди идёт волна "пушечного мяса", мелких неполовозрелых самцов-"солдат". Позади остаётся, фигурально выражаясь, "выжранная до почвы земля" (aono (c)). Если колония остановилась (например, для выведения детёнышей в благоприятных условиях), те же "солдаты" расходятся в разные стороны в поисках добычи. Если столкнулись две волны расселения, или если кочующая колония вторглась на территорию оседлой, "солдаты" с обеих сторон начинают активно перерабатывать друг друга в мясо и носителей.

В случае успешной миграции в тылу остаются брошенные, присосавшиеся к деревьям носители (так как результатом удачной войны всегда является избыток носителей), из которых постепенно выводятся детёныши. Возможно, часть стерильных особей остаётся с беспомощными носителями в качестве живых пугал, отгонять крылатых стервятников и мелких падальщиков. Эти "прикованные к пулемётам фашисты", в конечном счёте, умирают от голода. Родившиеся детёныши начинают инстинктивно следовать за родительским кочевьем, подъедая отбросы и мелких зверей и птиц, которые питаются отбросами. Крупных зверей - и опасных хищников - там будет мало, даже если после прохода орды успели пройти месяцы. Мелкие неполовозрелые особи сбиваются в собственные стаи, где возникает стихийная иерархия "по росту", который зависит от возраста, а также от размеров и здоровья родительского носителя. Естественно, поведение детёнышей сильно уступает тому стайному инстинкту, который демонстрируют солдаты, родившиеся и выросшие в колонии.

У нас есть самки, небольшая часть которых, возможно рождается готовыми "зародышами носителя", и быстро превращается в новых (мелких) носителей. Остальные самки рано достигают половой зрелости и перестают расти, получая взамен способность превращать в носителей других мантикор. Самки живут в гареме с другими самками, в самом сердце колонии, под защитой евнухов-преторианцев.

У нас есть стерильные самцы. Они начинают свою сознательную жизнь мелкими рабочими-фуражирами, затем постепенно растут, пока не перерастают самок и не превращаются в крупных преторианцев (по аналогии с соответствующей кастой у Чужих, но без их агрессивности).

У нас есть потенциально репродуктивные самцы. Их рождается больше всего, потому что это солдаты, от которых зависит выживание колонии. Солдаты постепенно растут, превращаясь в офицеров, которые уже не лезут в первые ряды, но управляют группами солдат. Переход в более высокий ранг для самцов обычно происходит за счёт поединков с другими претендентами (как у ксеноморфов в расширенной вселенной Aliens). Самый крупный и опасный самец в стае мантикор, и самая крупная особь, в принципе - доминант, "царь", единственный репродуктивный самец в колонии, чей запах подавляет репродуктивную активность всех остальных самцов. Если текущий доминант так или иначе утратил хватку, от старости, травмы или иного недомогания, ему бросает вызов самый сильный из офицеров. Если доминант погиб, а никто из солдат ещё не дорос до размеров репродуктивного самца, новым царём становится самый крупный из преторианцев, который отращивает себе мужские гениталии и полностью меняет своё поведение и внешний вид. 

Чтобы сохранить обе противоречивые гипотезы, "носители - это другой вид" и "носители рождаются мантикорами, любая мантикора может превратится в носителя", постулируем, что нынешние мантикоры - это генетические химеры, образованные слиянием двух совершенно разных видов: крайний случай паразитизма, который со временем трансформировался в симбиоз. Первый вид - это мелкий яйцекладущий звероящер-гексапод. Второй - крупный паразитический гриб, способный модифицировать поведение и развитие своих жертв ("Расширенный фенотип" Докинза), промежуточным хозяином которого были позвоночные, окончательным - деревья. 

Проще говоря, незаражённых мантикор больше не осталось, грибов, способных самостоятельно размножаться - тоже. Все существующие мантикоры - это, частично, грибы. [Как космические орки в Вархаммере 40000.] На протяжении десятков миллионов лет эволюция мантикор протекала в форме борьбы между паразитом и жертвой, которая постепенно превратилась в ожесточённый торг между двумя наборами эгоистичных генов, строивших единый организм и нуждавшихся друг в друге для размножения. Одновременно с этой борьбой и как одно из её последствий, протомантикоры превратились из мелкого фруктоядного зверька в крупного и коварного колониального хищника, вершину пищевой цепи. 

И вот тут возникает тот самый вопрос - нахрена им Разум? Что могло способствовать эволюции разума у таких существ, если у них и так всё хорошо, ну или всё плохо.

Да, картина, с человеческой точки зрения, вырисовывается довольно омерзительная.

(продолжение следует...)