Category: отношения

Category was added automatically. Read all entries about "отношения".

gunter

Что такое хорошо и что такое плохо, и есть ли разинца

Страх перед плохим сексом.

Возможно, это признак цивилизации, как таковой. Но из того, что я вижу, есть культуры, в которых такой страх развит намного сильнее, вплоть до патологии.

Например, у американцев. Я, в первую очередь, читаю американские тексты, поэтому замечаю это именно у них. Там авраамическая(=семитская) религиозная база - помноженная на английские загибы - помноженная на самую упоротую версию протестантизма, которая даже для самих англичан была перебором. Всё это приводит к паническому страху перед ПЛОХИМ СЕКСОМ, на абсолютно пуританском уровне, где за порогом уже начинается лес, ведьмы и демоны, и садисты-сатанисты бегают по улицам и насилуют наших детей (*). Моральная паника вспыхивает не быстро, а очень быстро.

Я хотел сказать, что сексуальная мораль - это такая вещь, которая на камне не вырезана, мягко говоря. Для древних греков (и японских самураев) были нормальны отношения вида мальчик-подросток - взрослый мужчина-воин, который о нём заботится и учит его жизни. Более того, нередко считалась, что и есть настоящая любовь, в отличие от отношений с женщинами, которые имеют чисто прагматическую цель (удовольствие/продолжение рода). Сейчас это стопроцентный ПЛОХОЙ СЕКС, но было ли это плохим сексом тогда?

И да, обоснование вида "когда-то это было, но мы от этого отказались, следовательно, мы более продвинутые и знаем больше, и наш подход более правильный" в исторической перспективе не работает. Есть примеры, когда люди от сравнительно нормального восприятия таких вещей переходили к откровенной шизе - в смысле, не отдельные люди, а социумы в своём культурно-историческом развитии. Более позднее не всегда значит лучшее. И при этом, каждая отдельная эпоха считает себя самой развитой, и верит в то, что именно в рамках господствующей на данный момент культурной парадигмы людям удалось получить окончательные ответы на все вопросы. Что, века спустя, кажется нам дико смешным.

Тот же wyradhe обожает рассуждать о том, что его любимые юкагиры являлись носителями более рациональной и здоровой морали, в том числе сексуальной, чем столкнувшиеся с ними русские, жертвы давления со стороны государства и государственного православия. Хотя русские, безусловно, космически превосходили юкагиров с точки зрения технологического и социального развития. В итоге, русские переселенцы в некоторых вопросах учились у юкагиров, например, перенимали их традиции романтического ухаживания, так как русские в этом отношении были намного более дикими. И так далее.

Я хотел привести конкретный пример. Нет, это не Салли Хемингс, рабыня и любовница Томаса Джефферсона, другое... вот. Анна Кингсли.

"Анна Кингсли... рабыня из западной Африки (совр. Сенегал) [и, по некоторым источникам, потомок и родственница местных царьков], ставшая женщиной-рабовладельцем и хозяйкой плантации во Флориде начала 19 века. Была поймана и отправлена на Кубу, где её в 13 лет купил себе в жёны Зефания Кингсли, работорговец и владелец плантации (43 года, старше неё на 30 лет). [Зефания потом рассказывал, что они поженились по "африканскому обычаю", видимо, на Кубе. Когда они наконец-то приплыли к нему домой, во Флориду, Анна была уже беременна.] У них было четверо детей. Кингсли освободил Анну в 1811 году (когда ей было 18) и поручил ей заботу о принадлежащих ему плантациях в восточной Флориде (так как, будучи торговцем, он часто отлучался). На протяжении 25 лет необычная семья Кингсли жила на острове Форт-Джонс, на территории современного Джексонвилля, и Анна управляла крупной и успешной плантацией. После получения свободы у неё были собственные рабы... получала земельные гранты от испанского правительства...

После того, как США присоединили Флориду, американские дискриминационные расовые законы стали угрожать межрасовой семье Кингсли, и они по большей части перебрались на Гаити. Кингсли вскоре умер, и Анна вернулась во Флориду, чтобы судиться с родственниками мужа, которые пытались оспорить его завещание и лишить Анну и её детей наследства. Суд признал завещание (в рамках договора между США и Испанией о признании прав собственности) и Анна выиграла дело, несмотря на враждебное отношение американского общества к темнокожим".
 

Никто не говорит, что это хорошо. Но люди так жили, и пытались в меру своих сил разыгрывать карты, которые сдавала им судьба. А теперь представьте, что по мотивам этой реальной истории сняли бы костюмированную романтическую мелодраму, на тему "а может, это любовь?" В духе того, как сам Зефания вспоминал об их встрече: "Она была черной, как смола... невероятно красивая, страстная, верная". Представьте, какое термоядерное зарево поднялось бы по итогам. Тут есть три интересных пункта:

1. Сексуальные отношения взрослого состоявшегося мужчины и привлекательной девочки-подростка.
2. Она была его рабыней, он её купил с известной целью.
3. Он белый, она негритянка из Африки, у них были дети.

С точки зрения современной американской морали, третий пункт - не грех, а второй - грех-грех-грех и плохой секс. Первый пункт - ПЛОХОЙ СЕКС! Абсолютная бездна ПЛОХОГО СЕКСА! Ужас и моральный террор!

Но при этом, мы легко можем представить себе общество, в котором именно отношения представителей разных рас (и дети, как результат этих отношений), являются объектом моральной паники. Примеры таких обществ - США 19 века, США первой половины 20 века. Преступление против расы! Официальная отмена запретов на межрасовые браки в США - это Loving v. Virginia, 1967 год. А поцелуй капитана Кирка и лейтенанта Ухуры в ноябре 1968 года (не по своей воле, под воздействием инопланетного разума) казался настолько волнующим и пикантным зрелищем, что у него даже собственная страница в Википедии есть.

Сексуальные отношения с собственными рабынями? Согласно Библии, это не грех, Бог к этому нормально относится. Если это здоровые гетеросексуальные отношения с женщиной, на которую тебя есть законные права, Яхве даёт добро. В тех же американских рабовладельческих штатах подобное, возможно, вызывало определённое неодобрение, но почти все плантаторы этим занимались (и при этом, да, ненавидели и боялись негров). Что уж там говорить о русских помещиках и принятых в их среде сексуальных практиках.

Невесты-подростки? США 19 века, американская глубинка, Алабама (где 19 век закончился в... не факт, что вообще закончился). Короче, это казалось совершенно нормальным делом.

Если каждый из пунктов в разные времена рассматривался и как допустимое поведение, и как абсолютное зло, можно ли из этого сделать вывод, что любое их сочетание будет произвольным?

***

С точки зрения сегодняшнего дня, запрет на отношения между людьми на основе оттенка их кожи или наличия эпикантуса - абсурден, смешон и аморален. Рабство - безусловное зло. Запрет на секс с подростками - общепринятая социальная практика (подкреплённая уголовным кодексом). Последнее, на самом-то деле, наиболее слабое утверждение, если рассуждать объективно, так как первые обстоятельства исходят из абсолютных моральных принципов (равенство людей перед законом и неотторгаемость их прав), а третий упирается в произвольную цифру и в другие произвольные правила. Ну там minor - все, кто младше 18-ти; желание секса с minor и готовность к такому сексу - уже преступление (мыслепреступление). Но хоть убейте, ни один психически нормальный человек не будет считать, что есть какая-либо моральная эквивалентность между изнасилованием десятилетней и платой за секс с семнадцатилетней. И всё-таки, раз эти понятия связаны с плохим сексом, у американцев они вызывают реакцию на ПЛОХОЙ СЕКС, то есть панический приступ. Ей было всего семнадцать? Педофилия!!!

(И я не говорю об ещё одном американском мозгозавороте, согласно которому эксклюзивные сексуальные права на молодую девушку принадлежат её отцу. Который, естественно, не может ими воспользоваться, но всё равно их защищает. Если судить по той американской массовой культуре, с которой я сталкивался, от фильмов до порнорассказов, там всё Очень Плохо.) 

Очевидно, что если существует больное отношение, есть ещё и здоровое, но в условиях сексуальной контрреволюции и реакции ("антипатриархальной революции", если хотите) в культурном пространстве текущего геополитического гегемона, мы от подобного крайне далеки.
gunter

Трейвы

Трейвы, ч.1
Трейвы, ч.2
Трейвы, ч.3

Ну я дал, да.

Всё началось с этого поста в Фейсбуке (надеюсь, ссылка не сдохнет со временем). Я не хотел в этом участвовать, но gimli_m сказал: "Григорий Никифоров призывается в эту ветку. Он любит классификации и категории". Это правда, ничего не могу с собой поделать. Я обожаю классификации, категории и системы. И теорию эволюции.

Итак, я выложил ровно то, что мне пришло в голову тогда, остались только разные рюшечки и ответы на заданные gimli_m вопросы. Я хотел бы сделать то же самое для курий, но это как получится. (Вам, вообще, интересна эта тема?)

***

По мелочи, гендерные стереотипы. Даже у продвинутых и технологически развитых трейвов, хирург - это, как правило, всё ещё декстр, психолог - мельд, а первым космонавтом будет искр.

С точки зрения человеческих гендерных стереотипов, помноженных на стереотипные амплуа ролевых онлайн-игр, мужчины - это танки и дамагеры, а женщины - хилы и бафы (мотивируют и перевязывают раны).

Тогда у трейвов: кэрри - танк, искр - дамагер, декстр - хил (или AoE-кастер?), мельд - баф (или хил?). Вообще, с точки зрения классической ролевой партии, искр - рейнджер с луком, он идёт впереди. Кэрри тащит на себе мешок с лутом и танкует щитом, потому что кэрри - здоровые и крепкие. Мельд - бард с воровской специализацией, расхваливает достоинства товарищей, договаривается с контактами, тырит кошельки. Декстр - кастер, ставит магические ловушки.

С точки зрения классической теории четырёх темпераментов, искр - холерик, кэрри - флегматик, мельд - сангвиник, декстр - меланхолик.

С точки зрения "Мира без героя": искр - суперанимал (но сугубо как сексуальный хищник, не людоед), мельд - суггестор, декстр - неоантроп, кэрри - диффузник. (В этом плане мы обсуждали с arishai, что по мере развития цивилизации трейвов, врождённые качества искров, - физическая сила, высокий биологический ранг, склонность к риску, готовность переносить трудности и опасности, - будут обесцениваться, хотя искры по-прежнему будут нужны для инициации процесса размножения. А качества мельдов, с их любовью к распределению финансовых и информационных потоков, наоборот, будут расти в цене. Как и качества декстров, умеющих конструировать и чинить сложные устройства. Кэрри, в любом случае, останутся основой всему.)

С точки зрения сословных стереотипов, икры - аристократия, красивые и сильные. Мельды - буржуазия, купцы (а заодно и духовенство, ибо культура, образование, социализация и упорядочивание тоже на них). Декстры - ремесленники. Кэрри - крестьяне.

***

О да, порно. Очевидно, при такой сложной трёхэтажной системе, любое нарушение обычной последовательности будет порождать шокирующий и волнующий изврат. Кэрри целуют декстра! Искр целует мельда! Искр инициирует декстра, декстр инициирует мельда, но у них нет кэрри, и мельд тратит своё семя на что-то ещё! (На неживой объект, искра, декстра, другого мельда.) Про возможные сексуальные игры декстров, мельдов и кэрри я уже писал. Но чисто по моим субъективным ощущениям, в отсутствии искра это просто отработка отдельных механических элементов, сам процесс-то не инициируется. То есть, с искром, но без кэрри - это брутальное гей-порно. Без искра, но с кэрри - девочки целуются и занимаются взаимным петтингом.
gunter

Крылов и Лефевр

Словами gcugreyarea, Выживание системы -> Стабилизация системы - > Комфортность системы - > Безопасность от системы.

Первая этическая система, Юг: цель оправдывает средства
Вторая этическая система, Восток: средства оправдывают цель
Третья этическая система, Запад: средства дискредитируют цель
Четвёртая этическая система, Север: цель дискредитирует средства

***

Юг:
Базовая ценность - жизнь-воля.
Запретная эмоция - безразличие (как равнодушие к своему и своим).
Мотивация для конфликта - зависть.

Восток:
Базовая ценность - красота-превосходство.
Запретная эмоция - страх (как нежелание терять своё).
Мотивация для конфликта - безразличие.

Запад:
Базовая ценность - справедливость-истина.
Запретная эмоция - зависть (как желание забрать чужое)
Мотивация для конфликта - ненависть.

Север:
Базовая ценность - добро-польза.
Запретная эмоция - ненависть (как желание вернуть своё).
Мотивация для конфликта - страх.

(См.)
gunter

"Укрощение строптивой", темы

Одна из возможных тем для разговора - это темы, присутствующие в "Укрощении строптивой".

Мне лично кажется, что Шекспир выбирал для своих комедий определённые темы, и затем разрабатывал их в тексте. И это разные темы, поэтому и пьесы такие разные.

Концепция "любви" в "Сне в летнюю ночь" отличается от концепции "любви" в "Двенадцатой ночи". Потому что "Сон в летнюю ночь" исследует воображение ("безумцы, поэты и влюблённые живут воображением") и подчинённость разума чувствам ("ведь наши чувства разуму подвластны, а разум говорит, что ты прекрасна" - понимать нужно с точностью до наоборот). "Двенадцатую ночь" принято толковать через "гендерную проблематику", и она там, безусловно, присутствует, наравне с вопросами социального статуса. (Герцог Орсино: "Поверь мне, мой мальчик, женщины не могут любить так сильно, как мы". Виола, переодетая в Цезарио и безнадёжно влюблённая в Орсино: "Ещё как могут!" Орсино: "Ты слишком молод, что ты можешь знать о женщинах?" Виола-Цезарио: "Ну... скажем так, у меня была сестра...") В той степени, в какой гендерная проблематика присутствует в "Укрощении строптивой", это другая проблематика, потому что там поднимаются другие вопросы.

Какие темы я могу увидеть в "Укрощении строптивой"?

Во-первых, это парадокс, то есть Шекспир тут исследует парадоксальную природу смешного. Комедия смешна, потому что она неожиданна. Ну там, жили-были две сестры, одна послушная девочка, другая вредная и злая. Обе вышли замуж. Хорошая девочка обещает превратиться в законченную стерву, а вредная ходит за своим мужем и пылинки с него сдувает. Где логика? Мужчина говорит, что собирается жениться на женщине ради денег, поэтому это история о любви. Мужчина и женщина ругаются, поэтому соглашаются пожениться. После свадьбы мужчина издевается над своей женой, поэтому она начинает его по-настоящему ценить и обещает стать для него идеальной женщиной. И т.д.

Во-вторых, это дискомфорт. Не знаю, как сформулировать это точнее, но это то чувство, которое нам демонстрируют на примере Гремио, который сбежал из церкви, не выдержав идиотской и богохульной клоунады Петруччо во время обряда бракосочетания; чувство дискомфорта от публичного нарушения общественных норм, когда вы не участник и не виновник событий, но вы за ними наблюдаете. Концовка построена так, чтобы вызывать это неуютное чувство - Бернард Шоу жаловался, что во время развязки "Укрощения строптивой" ему от стыда хотелось провалиться на месте ("ни один порядочный мужчина не сможет смотреть последний акт в дамской компании без чувства стыда"), и я объясняю это тем, что Шекспир именно такого эффекта и добивался. В хорошей постановке этот дискомфорт должен присутствовать. [Связанное с дискомфортом понятие - это отмороженность, то есть способность игнорировать общепринятые нормы приличия, отсутствие каких-либо внешних тормозов. Петруччо невероятно отмороженный персонаж, Катарина тоже в достаточной степени отмороженная дамочка.]

В той степени, в какой эта комедия поднимает гендерные вопросы, она поднимает их в духе злобной критики сложившихся норм: "В нашей стране общепринятые представления об отношениях мужчины и женщины никуда не годятся!" Я хочу подчеркнуть, что сами нормы со временем меняются, а вот "Укрощение строптивой" по-прежнему воспринимается, как скандальная и неприличная вещь - и она казалось такой и в 17, и в 18 веках, когда о нынешней западной "политкорректности" никто не слышал. Скажу больше, если бы эту вещь ставили на Горе, она бы и там была невероятно дерзкой и оскорбительной. (Забавно, что нам в России этот аспект знаком меньше, потому что наши переводы чуть смягчены, наши постановки по сравнению с оригиналом, как правило, адаптированы в сторону большей "благопристойности".) В общем, "Укрощение строптивой" противопоставляет живые, "биологические" отношения между людьми мёртвым, "социальным" предписаниям - причём так, чтобы все симпатии были на стороне людей, а не предписаний, какие бы нормы не подразумевались в данном конкретном случае: галантные, феминистические, общинные. Как говорит Петруччо, "если это устраивает её и меня, то какое вам до этого дело?" (If she and I be pleased, what's that to you?) Но обществу всегда есть дело до таких вещей!
gunter

О начале

Я не знаю, о чём сказать. Я знаю, о чём мне хочется сказать.

***

Во второй половине 16-го века спектаклю полагался пролог - на сцену выходил специальный человек и в стихах объяснял публике, о чём повествует эта пьеса, где происходит действие, и как это понимать. Достаточно посмотреть, как начинается "Доктор Фауст" или "Мальтийский еврей" Марло. Шекспир тоже иногда использовал такой пролог (напр., в "Генрихе V"), но к тому моменту этот приём уже начал выходить из моды. Шекспир высмеял его в своём "Сне в летнюю ночь", где худшая пьеса на свете, "трагическая комедия" "Пирам и Фисба", поставленная худшими на свете актёрами, начинается, естественно, с пролога:

                Пролог

Синьоры, наш сюжет, быть может, тёмен вам;
Но, сидя до конца, вы в нём разобрались бы.
Вот этот человек, извольте знать, Пирам;
А это, так сказать, черты прекрасной Фисбы.
Сей муж, с известкою и штукатуркой, есть
Та подлая Стена, что любящих делила.
Сквозь трещину в Стене, - прискорбно
                произнесть, -
Они шушукались. Вот так оно и было.
А этот, с фонарём, терновником и псом,
Являет Лунный Свет; зане при Лунном Свете
Сии любовники сходилися тайком
К гробнице Ниновой, любовь держа в секрете.
А этот страшный зверь, по имяреку Лев,
Чуть Фисба первою поспела на свиданье,
Спугнул и ужаснул влюблённое созданье.
Красавица бежит и плащ роняет свой;
Лев пачкает его своей кровавой пастью.
Является Пирам, высокий, молодой;
Он видит Фисбин плащ, который мертв,
                к несчастью;
И тут, хватая меч, могучий, мрачный меч,
Плоть персей пламенных пронзает под предсердьем.
А Фисба, в стороне успевшая прилечь,
Меч тащит вон и мрёт. Все прочее с усердьем
Лев, Лунный Свет, Стена и нежная чета
Изложат полностью из собственного рта.


Двоё влюблённых, принадлежащих к враждующим семействам, тайно встречаются, юноша думает, что влюблённая умерла и убивает себя, а она видит, что он погиб, и закалывается его клинком. В итоге, "Стена, разделяющая их семейства, рухнула". (В классическом переводе Лозинского: "Стена рухнула, которая разделяла их отцов".) Сюжет античный, но я тут вижу очевидную самопародию, тем более, что "Ромео и Джульетта" тоже начинается с пролога, который всё объясняет:

Две равно уважаемых семьи
В Вероне, где встречают нас событья,
Ведут междоусобные бои
И не хотят унять кровопролитья.
Друг друга любят дети главарей,
Но им судьба подстраивает козни,
И гибель их у гробовых дверей
Кладёт конец непримиримой розни.
Их жизнь, любовь и смерть и, сверх того,
Мир их родителей на их могиле,
На два часа составят существо
Разыгрываемой пред вами были.
Помилостивей к слабостям пера -
Их сгладить постарается игра.


Худшая пьеса на свете, воистину.

На смену прологу пришла экспозиция, когда персонажи, появляясь на сцене, первым делом разъясняли сюжет и свою роль в нём в форме "непринуждённых" монологов. Как в "Укрощении строптивой":

                Люченцио

Сбылось мое заветное желанье
Увидеть Падую, наук питомник,
И наконец в Ломбардию я прибыл -
Волшебный сад Италии великой.
Благодаря отцу, его заботам
И доброму ко мне расположенью,
Я заручился обществом твоим,
Испытанный слуга мой, верный Транио.


Как Транио должен на это реагировать? "Спасибо, господин, что рассказали мне, кто я такой, а то я шёл и думал: кто я? зачем я здесь? куда я иду?"

Другое дело, что Шекспир мог превратить подобную экспозицию в настоящий шедевр. "Ричард III" начинается с того, что Ричард выходит на сцену, поворачивается к "камере" (то есть, в зрительный зал) и говорит: "Наши победили, наступил мир, но мне в этом мирном мире делать нечего, поэтому я решил стать законченным злодеем". И это круто, потому что... это круто.

Так вот, где-то так к двадцатым годам 17 века европейские драматурги окончательно поняли, что так делать нельзя. "Раба своего возлюбленного" Лопе де Вега начинается с гениального зачина. На сцене мужчина и женщина. Женщина произносит: "Конец всему, дон Хуан!" И всё. Зритель уже заинтригован. Он хочет узнать - конец чему? Что кончено? Что это было? Кто эти люди и что их связывает? Так и надо начинать пьесы.

***

arishai сказала, что эта последовательность демонстрирует не только рост мастерства драматургов, но и эволюцию зрителей. В начале зрители плохо понимали идею театра, как такового, и им необходимо было всё разжёвывать: сейчас вы увидите то-то и то-то, понимать эту нужно так-то и так-то. ("Будущие события, показанные в этом фильме, произойдут в будущем" - пролог к фильму "Plan 9 from Outer Space".) Но за считанные десятилетия зрители научились понимать пьесы и схватывать всё на лету, поэтому старые способы представления сюжета стали казаться такими неуклюжими.
big_brother

Горианский миф о сотворении человека

В произведениях Джона Нормана этот миф ни разу не озвучивался целиком, от начала до конца, но он может быть реконструирован по обрывкам и косвенным свидетельствам, например, по описаниям произведений местного искусства.

[Короче, я фанат и глубокий знаток творчества Джона Нормана, верьте мне. Мои отношения с планетой Гор укладываются в шуточную частушку 90-х: "Говорит старуха деду, В Санта-Барбару уеду! Я по-ихни не болтаю, но зато я там всех знаю!" Если я даже что-то из головы выдумываю, это все равно предельно близко к канону.]

Итак...

...В небе бились [две] гигантские хищные птицы. Клювами и когтями они наносили друг другу ужасающие раны. Из этих ран на землю пролилась кровь. Из этой крови родились первые люди, мужчины и женщины. Когда мужчины и женщины увидели, что они не похожи друг на друга, они немедленно начали воевать, так как ярость пролитой в небесной битве крови всё ещё жила в них. Так они слегка подсократили своё изначальное количество. Наконец, мужчины победили, потому что были крупнее, сильнее и злее. Они пленили оставшихся женщин, связали их и изнасиловали - последнее, видимо, стало результатом гениального озарения насчёт анатомической природы имевшихся межполовых различий и их взаимосвязи. [Где-то в этот момент женщины в них влюбились, да.] Этот союз и породил известное нам человечество, со всеми его характерными особенностями.

А что? Имеет право на существование.
gunter

К предыдущему

Да, предыдущий пост писался в спешке, поэтому формулировки не совсем выверены. Но смысл я, кажется, выразил.

Теперь, чтобы всё было честно, я скажу, что бы я сам ответил на подобный вопрос, если бы мне его внезапно задали.

Я бы сказал, что это образец "виктимного поведения", что у такой женщины не так уж много шансов на нормальные отношения с мужчинами. Её "тип" - это подонок, и именно подонки ей и будут попадаться.
gunter

Случайное

Я понимаю, что вы либо уже знаете больше, чем я, либо вообще не интересуетесь этими вопросами.

Ну вот у меня натикало несколько записей, сделанных разными людьми, но буквально под копирку. Уверен, я не всех зацепил, поиск по блогам далеко не всегда работает идеально.

Если я хочу как-то продолжить исследование этой темы, что стоит сделать?

Посмотреть, что нового будут писать вскрывшиеся политшлюхи, и, когда вновь всплывёт общая для них всех тема, выйти через неё на новые имена?

Попытаться вступить в контакт с чужим разумом? Предложить им дать мне интервью? Предложить им за это деньги, не знаю? Интересно ведь, как люди становятся шлюхами.
gunter

Гестуем, братцы!

(...)

На самом деле, как всегда у меня, я хотел поговорить о логике самой схемы.

Базовые эмоции Крылова - зависть, ненависть, страх и пофиг - явно не укладываются в простую матрицу 2х2. Чтобы выразить мысль, заложенную в них автором, потребуется восьмеричная система, как с триграммами - то есть, три бита.

Первый знак обозначает нашу оценку предмета, по шкале "наш" (1) - "не наш" (0). Второй - его текущую принадлежность. Третий - наше к этому отношение или желательная будущая ситуация. По шкале "оставить всё как есть" - "изменить", выраженной через "будет моим" (1) - "будет чужим" (0).

Например:

111 - страх, боязнь потерь, желание сохранить своё. "Это моё, и оно у меня, так пусть же оно и впредь остаётся моим".
001 - зависть, желание забрать чужое. "Это не моё, и принадлежит не мне, у меня его нет, так пусть же оно станет моим или перестанет быть чужим".
101 - ненависть, стремление вернуть своё, свести счёты. "Это было моим, и теперь у меня этого нет, ситуацию надо изменить - отобрать у другого, вернуть себе".

Соответственно, в качестве полных противоположностей:

000 - печаль, принятие неизбежного, отказ от каких-либо претензий на чужое. "Это не моё, оно никогда не было моим, и оно не будет моим".
110 - любовь, верность, жертвенность, готовность отдать своё. "Это моё и оно у меня, я вправе этим распоряжаться, и я отдам это другому".
010 - благодарность, желание вернуть долг, вернуть чужое. "Это не принадлежало мне, но я это получил - и теперь я должен это вернуть".

Здесь есть один интересный момент. Представьте, что мы бы показали любителю простых схем эти три эмоции Крылова - зависть, ненависть, страх - и предложили бы ему придумать четвёртый элемент. Что бы он сделал? Естественно, он бы пошёл от матрицы 2х2. Забрать чужое, забрать своё, сохранить своё - и сохранить чужое. И эту последнюю эмоцию он бы, наверное, назвал бы упрямством, или стойкостью во зле.

Это когда мы более-менее осознаём, что мы были неправы, но само это осознание заставляет нас крепче держаться за свою неправоту, потому что капитуляция неприемлема. Я писал о подобном.

(Там есть коммент gcugreyarea, он удивительно не в кассу. Всё дело в том, что поведение живых людей обычно задаётся двумя аксиомами. "Другие не лучше нас", во-первых; "мы лучше других, потому что мы - это мы", во-вторых. Отсюда получаем, что чем хуже человек, тем хуже он будет думать об окружающих - и тем сложнее ему будет признать их правоту. Верхушка Третьего Рейха, что, думала: "одно хорошо - мы воюем с людьми, которые в моральном плане нас превосходят", так что ли? Не-а.)

В нашей схеме это выглядело бы так, как тезис и антитезис:

011 - упрямство, упорство во зле, нежелание возвращать чужое, признавать свою неправоту. "Это не было моим, но теперь оно моё, и, значит, оно будет моим!"

100 - прощение, готовность простить причинённый ущерб: "Это было моим, он у меня это отобрал, но пусть так и будет, оставим всё как есть".

Из этого тоже могла бы выйти красивая модель. Почему мы творим зло? Потому что нам это нравится; вернее, нам нравятся то, чего мы хотим добиться при помощи зла. Потому что мы боимся, что кто-то другой причинит зло нам. Потому что нам когда-то причинили зло. И потому что мы однажды уже совершили зло - и теперь мы только усугубляем ситуацию, чтобы не признавать свою ошибку. Зависть, страх, ненависть и упрямство.

И, как выход из этой ситуации - любовь, принятие неизбежного, благодарность и прощение.

Но. Крылову идея прощения явно не нравилась, и это уже личное. Поэтому он даёт значение "100", как негативное - "это, в принципе, моё, но если с ним что-то случится, то и фиг с ним". Безразличие к своему или пофиг. По логике схемы, тогда позитивным должно стать обратное значение, "011" - "это не было моим, но оно стало мне дорого, как моё", т.е. интерес к чужому.

Возможно, его схема действительно удачнее, и он её правильно "проинтуичил". Тем более, что она завязана на его этические системы, а это была очень крутая концепция.
gunter

Даже из этого мог бы выйти разговор

Летом я перечитывал "Граф Монте-Кристо" и думал о базовых эмоциях по Крылову.

Если вы уже какое-то время читаете мой журнал, вы помните эту тему - страх ("нежелание терять своё"), зависть ("желание забрать чужое") и ненависть ("желание вернуть своё"). Плюс четвёртая базовая эмоция, пофиг ("безразличие к своему").

Для "Графа Монте-Кристо" эта тема вполне актуальная. Главные злодеи там как раз раскладываются по базовым эмоциями Крылова.

Данглар - это зависть. Он завидует Эдмону Дантесу и его успеху, завидует расположению судовладельца Морреля, хочет сам стать капитаном "Фараона".

Фернан - это ненависть. Он ненавидит Эдмона Дантеса, потому что Эдмон - жених Мерседес. А Фернан был с детства влюблён в Мерседес, и всегда считал, что она предназначена ему в жёны. Их родители были не против, и т.д. А тут такой облом. Классический пример желания "вернуть своё".

Вильфор - это страх. Королевский прокурор де Вильфор узнаёт, что Дантеса попросили передать письмо с Эльбы господину Нуартье - бывшему ярому республиканцу и одному из вождей парижских бонапартистов. Нуартье - отец де Вильфора. Опасаясь за свою карьеру, Вильфор решает закрыть Дантеса в замке Иф - навечно.

Что касается четвёртой базовой эмоции, то она, конечно, не играет особой роли. Но за неё отвечает Кадрусс - марсельский сосед и знакомый Эдмона. Он присутствовал в таверне во время встречи Фернана и Данглара, он видел, как Данглар писал анонимку. Но он промолчал. А что? Ему пофиг.